Исторический музей "Наша Эпоха"Главная страницаКарта сайтаКонтакты
Наша Эпоха
Наша Эпоха Наша Эпоха Наша Эпоха
   

Цареубийство

 

ЦАРСКОЕ ДЕЛО

Автор:  Леонид Болотин

 


ЦАРСКОЕ ДЕЛО


Часть 1


Необходимые разъяснения

Прежде, чем приступить к анализу нынешнего состояния Царского Дела, получившему стремительное развитие за последние месяцы (1993 года), обратимся к недавнему прошлому, без которого невозможно уяснить действительное положение вещей.

Выход в свет весною 1989 года сенсационного интервью Гелия Трофимовича Рябова в «Московских Новостях» и его же очерка «Принуждены вас расстрелять» в журнале «Родина», где милицейский драматург повествует о своем решающем участии в обнаружении останков, якобы принадлежащих Царской Семье, вызвал возмущение среди немногочисленных тогда исследователей и знатоков Царского Дела. Возмущало то, что «откровения» экс-милиционера были рассчитаны на широкую публику, совершенно незнакомую в то время ни с книгами М.К.Дитерихса, Р.Вильтона, Н.А.Соколова, ни с современными исследованиями по этому вопросу В.С.Кобылина, П.Пагануцци, Н.Г.Росса и других авторов.

Поскольку я уже за несколько лет до этого стал интересоваться жизнью Царской Семьи, работал в архивах и библиотеках, был знаком с литературой по Екатеринбургскому злодеянию, то чувство законного протеста к версии Г.Т.Рябова побудило к написанию критической статьи «Подлог», работа над которой вылилась в многомесячное исследование и была закончена лишь к Январю 1990 года. Честно говоря, я не спешил публично высказаться в надежде на то, что раздастся более авторитетный голос, и потому намеревался скрупулезно разработать лишь один аспект цареубийства, а именно религиозно-мистический. Тем более, меня успокаивало то, что в определенных кругах российской интеллигенции первоначально довольно быстро сложилось скептическое отношение к Екатеринбургской «находке».

В жизни бывает так - талантливый дилетант опровергает косные каноны академических теорий и тем вызывает бурный протест в среде профессионалов, в среде официозных кругов. По-видимому, роль этакого Шлимана, откопавшего «мифическую» Трою, разыгрывал и Г.Т.Рябов. В социально-психологическом, точнее - драматургическом плане очень выгодная позиция. Однако в советской исторической науке практически отсутствовала официозная версия цареубийства, если не считать пасквильного опуса Марка Касвинова «Двадцать три ступени вниз». В этом смысле Г.Т.Рябову нечего было опровергать.

Интуиция подсказывала: здесь что-то нечисто, это не личная инициатива, а исполнение какого-то «соцзаказа», уж больно ловко все увязывалось с общими политическими веяниями перестройки, планомерно осуществляемой сверху.

В начале 1990 года статья «Подлог» была опубликована крохотным тиражом (не более 500 экземпляров) во втором номере православно-монархического самиздатовского сборника «Царь-Колоколъ», с редакцией которого я тогда тесно сотрудничал и даже придумал название для этого издания, подразумевая пророчество преподобного Серафима Саровского о чудесном перенесении Царя-Колокола из Кремля в Дивеево в момент возрождения Русского Православного Царства и образ Царя-Мученика, который подобно великопостному колоколу Своим подвигом призывал нас к всенародному покаянию [1].

Надо отметить, что в редакции сборника моя статья подверглась существенной переработке, с которой я сейчас уже не могу согласиться, и увидела свет под псевдонимом «В.Демин», хотя никакого отношения ни к православному киносценаристу Валерию Демину, ни к одному из лидеров Союза «Христианское Возрождение» Вячеславу Демину она не имела [2].

Как я уже говорил, большая часть статьи была посвящена религиозно-мистической подоплеке Екатеринбургского цареубийства, отождествляемого мною, вслед за другими исследователями вопроса (Дитерихс, Вильтон, Энель, Криворотов, Пагануцци и другие), с так называемыми ритуальными убийствами, которые совершаются, по авторитетному заключению эксперта МВД Российской Империи академика В.И.Даля [3], некоторыми изуверными сектами талмудического иудейства. Не подвергая сомнению сам факт оккультного характера Екатеринбургского злодеяния, я не считаю возможным в настоящее время без надлежащего церковного, соборного решения этого вопроса, предавать широкой огласке детальную проработку ритуальной стороны цареубийства, и вовсе не страха ради иудейского (Ин. 19, 38), но из соображений духовного характера: совершителям сатанинского ритуала выгодна широкая неофициальная пропаганда подробностей их изуверств. Таковая досужая огласка является одним из главнейших факторов ритуально-мистического преступления, состоящего в массированном воздействии на общественную психику «нетрадиционными методами».

Плодами такого воздействия являются социальная апатия, безотчетный страх или другие неадекватные реакции на преступление, его организаторов и исполнителей вплоть до пресловутых еврейских погромов. Без официального государственного действия подобная огласка лишь демонстрирует всемогущество и безнаказанность сатанистов - торжество зла без справедливого возмездия. Вместо того, чтобы обличением зла подвигать общественность к справедливому разрешению вопроса в целом, к поиску и утверждению истины, мы можем повергнуть свой народ либо в «озверение», либо в духовную «кому». Наглядный пример последней - общественный шум без официальных последствий вокруг ритуального убийства трех монахов Оптиной пустыни, совершенного изуверами на нынешнюю (1993 год) Пасху [4].

Всему свое время. Однако в целях постановки вопроса о возбуждении на высшем государственном уровне официального дорасследования убийства Царской Семьи я считаю нужным воспроизвести некоторые фрагменты авторского варианта статьи «Подлог», приоткрывающие тайные пружины механизма сокрытия следов Екатеринбургского преступления, механизма, который не прекращает своего действия до дня нынешнего. Понятно, что ряд высказанных ниже положений носит гипотетический характер, является вероятной версией событий. Насколько они справедливы, покажет время.

И последнее предваряющее разъяснение. Три года назад (в 1990-м году) в православно-патриотической среде бытовало мнение, вполне вероятно, внедренное туда агентами влияния противной стороны, что для установления законности невозможно апеллировать к существующим нелегитимным официальным структурам юриспруденции и органам охраны правопорядка. Все упование возлагалось на созыв в будущем Всероссийского Земского Собора, который, если не в 1991, то в 1992 году уж точно будет созван. Эта позиция, а точнее поза, была созвучна нашему тогдашнему духовному состоянию, оправдывала наше практическое бездействие. [5] Из-за этого ряд реальных возможностей хоть как-то продвинуть к разрешению Царское Дело был упущен.

Статья «Подлог» была сориентирована на узкий круг право-радикальных патриотов, при этом совершенно игнорировались невоцерковленные русские массы, русская интеллигенция. Отсюда и несколько выспренный тон статьи, который я сейчас не решился стилистически выправлять. Выгадывая в малом, я бы попирал действительность. Что было, то было.

Подлог

Велик наследный грех Русского Народа - грех предания своего Царя и Его Семьи в руки изуверных убийц. За что и пьем мы чашу страданий и ежедневных унижений на своей Родной Земле от тайных, но весьма властных оккупантов. Видно, не исполнилась еще мера соборного покаяния, если до сих пор нам не дано даже знать, что же с нашим народом сделали в 1917-1918 годах и что продолжают вытворять над нами сейчас. Даже на малое, но явное пробуждение национального, духовного самосознания тотчас наваливается мутная волна злобной клеветы, хулы на все русское. Против истины о нашем прошлом, с громадным трудом пробивающей дорогу к народу, борются с помощью хитроумных фальшивок, наглых подделок, поднимая вокруг них нестерпимый «гевалт» в средствах массовой информации (СМИ).

Почти год назад явно обнаружила себя продуманная и подготовленная загодя кампания по сотканию злонамеренной путаницы вокруг убийства Царской Семьи, очередная кампания по одурачиванию, околдовыванию русского православного самосознания. Началась она сразу широким фронтом и в печати, и по радио, и на телевидении, и в многочисленных устных выступлениях перед большими аудиториями. Посвящена она была подробностям обнаружения Гелием Рябовым могильника с некими скелетами, выдаваемыми за останки Царской Семьи и Ее верных слуг.

Хорошо известно, что транснациональные талмудические мистагоги панически боятся Воскресения Православной Руси. Для этого чуда последних времен необходимо покаяние перед Царем царствующих, Господом нашим Иисусом Христом, соборное деятельное покаяние русского народа в двух великих наследных грехах. Первый из них - клятвопреступление обета наших предков, данного на Всероссийском Земском Соборе 1613 года, обета, данного за всех своих потомков вплоть до Страшного Суда, быть верными избранному на том Соборе Царскому Роду Романовых. Второй грех - попущение цареубийству. Мiроуправцы бешено концентрируют громадные материальные, психологические и чернодуховные усилия, чтобы чуда последних времен - воскрешения распятого ими последнего оплота Православия - Святой Руси так и не совершилось. Явственно ощутимо всякому верующему сердцу, что волна покаяния на Руси нарастает. Остро чуют это и многоопытные тайные вожди мiрового правительства. Остановить этот могучий духовный подъем грубой силой они уже не могут, но жаждут коварно похищать плоды всенародного покаяния с помощью новой лжи, сенсационной кривды, наглого обмана, с помощью разного рода подлогов и подделок.

Церковному сознанию очевидно, что неожиданная «находка» Г.Т.Рябова суть звено одной цепи тайнодействий, которые сковывают едва пробуждающиеся, но дремлющие еще, расцерковленные русские души, повергая их в пучину недоумений: «Где же Истина?!» Приемы старые и многократно используемые.

В начале века по Высочайшему волеизъявлению Государя Императора Николая II Святейшим Правительствующим Синодом, всей Русской Православной Церковью приуготовлялось прославление Преподобного Саровского Чудотворца Серафима. Благоговейно исследовались житие и чудеса, свершившиеся по предстательству Святого. В строжайшем соответствии с церковными канонами и святоотеческими обычаями из могилы были извлечены честные останки чтимого Старца, составлялись службы. И тогда же анонимными прадедами нынешних мистагогов-каббалистов был организован «Союз борьбы с Православием», который заявил своей целью «защищать» Русский Народ от Православной веры. В своих безымянных листовках его тайные функционеры грозились «разоблачить» тысячи чудес Преподобного Серафима, провести «частное независимое расследование», чтобы «доказать» мiру, что никаких цельбоносных Мощей в Саровской обители нет, а Святейший Правительствующий Синод по приказу Самого Царя якобы устроил подлог.

Ничего у клеветников не вышло. Посрамил Господь хулителей Своих: и сейчас после немыслимых гонений на Русскую Церковь в каждом храме есть иконы Преподобного Серафима Саровского, в каждом русском сердце теплится молитва: «Преподобне отче наш Серафиме, моли Бога о нас!» или еще проще: «Батюшка Серахвим, помоги!» И как скоро он помогает каждому просящему и согревает сердце своим ответным: «Христос с тобою, радость моя!» [6]

За восемьдесят лет, прошедших со дня Саровской «Пасхи», повадка изуверов, прикрывавшихся тогда «атеизмом», теперь же примеряющих личины актеров благочестия, вывернулась наизнанку, да суть их магических действ осталась прежней: для хуления Духа Святаго прежде они издевались над почитанием Святых Мощей Преподобного, ныне же под видом Святых Царственных Мучеников Дома Российского они готовят ритуальный подлог. Но прежде чем перейти к целям и смыслу этого подлога, обратимся еще к двум аналогичным примерам, которые наглядно иллюстрируют существо талмудической методики духовных фальсификаций. Первый подробно описан в статье Василия Ивановича Криворотова, опубликованной в русской эмигрантской печати в начале семидесятых годов. Прошу читателей простить обширную цитату.

«Тело Христа»

«В 1971 году вышло в «Израэль Эксплорейшен Джорнал» следующее сообщение: «Еврейские археологи разыскивают тело Иисуса Христа и, как заявляет принадлежащий к отделению археологии Иерусалимского университета проф. Гааз, надеются найти тело Его с целью доказать историческую несостоятельность христианской доктрины».

Позже последовало другое сообщение: 

«Между характеристиками найденного скелета и теми, которые нам передала история о Христе, нет сходства. Несмотря на это находка этого скелета подает надежду найти когда-нибудь тело Христа».

Может статься, что появится однажды на страницах «Израэль Эксплорейшен Джорнал» крикливо-сенсационное сообщение профессора Гааза о том, что еврейским археологам удалось, наконец, найти «тело Христа». Ведь нужно лишь крепко захотеть чего-нибудь, и особенно, если это что-нибудь сулит великую прибыль, чтобы уметь смастерить и «скелет Христа», и «необходимые научные доказательства» его «аутентичности». Профессор Гааз и Ко уж постараются изо всех сил состряпать это «научное исследование и доказательство» так, что комар носа не подточит. Ведь современных христиан и особенно молодые поколения так легко водить за нос, что какой-нибудь там особой убедительности исследований и доказательств не потребуется. Профессор Гааз и Ко будут, конечно, осторожны и не допустят никакой оплошности. И, если появится однажды «найденное» ими «тело Христово» на выставке в одном из залов Лувра в Париже, то к этому моменту так называемая «христианская» публика будет заранее и основательно подготовлена. Об этом позаботится и мiровая пресса, и особенно мiровые писаки. Человечество задохнется от антихристианской пропаганды, а против изобретателей и хулителей истинно христианской мысли не поднимется ни одного голоса. Массы растерянных и недумающих «христиан» будут покорно и спокойно проходить в километровой очереди мимо «скелета Христа», будут разглядывать «поврежденные кости ступней ног и кистей рук при пригвождении ко Кресту гвоздями» и отказываться от понятия Вечной Жизни. Ведь только это надобно антихристу - полное бездушие людей.

Что думают те пастыри христианских Церквей, которые пошли на экуменический совет нечестивых и воссели рядом с теми, которые в неусыпляемой злобе своей ищут теперь «тело Христа», чтобы «доказать историческую несостоятельность христианской доктрины»? Не слыхали об этом? Не придают они этому зломысленного значения? Надеются они засовыванием голов в песок укрыться от прямой антихристианской угрозы?

 Для активного отпора антихристианским силам необходим активный напор сил христианских. Необходимо заранее готовить неуверенные в себе силы и колеблющиеся силы христианские к укреплению своих религиозных убеждений и к неравнодушному восприятию подобного иудейского трюка опасной подтасовки фактов. Нужно сообщить христианской общественности заранее о подготовке евреями покушения на ее духовную жизнь и на кощунственное измывательство над наивысшими духовными понятиями. Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его!» [7]

К факту духовной провокации, изложенной в статье В.Криворотова, примыкает и более свежий «научный» трюк с анализом ткани Туринской Плащаницы, сохранившей для нас Нерукотворный Образ Спасителя после Его распятия перед Воскресением. В 1988 году «независимые» друг от друга (но не от общего заказчика, конечно) эксперты с помощью радиоуглеродного анализа частиц ткани «доказали», что Плащаница якобы датируется не ранее XIII века по Р.Х. Ангажированные ученые из разряда «чего изволите?», готовые, по меткому определению В.В.Розанова, «за рюмочку похвалы» продать и совесть, вдруг «забыли» широкую научную дискуссию о точности датировки радиоуглеродным методом, в ходе которой был определенно сделан вывод, что этот метод не эффективен в исторических датировках, но уместен лишь в геологии, где неточности в 500-1000 лет решающего значения не имеют. Мертвая органика, не законсервированная в земных недрах, а находящаяся в «живом» обиходе, подверженная переменчивому воздействию окружающей среды, может адсорбировать неустойчивые изотопы углерода-14 с пылью, копотью, прикосновениями и тому подобным, которые и дают картину «омоложения» древнего предмета.

А ведь хорошо известно, что Туринская Плащаница в течение полутора тысяч лет, находясь в различных храмах, от воскурения ладана, возжигания лампад и свечей, от того, что к краям ее прикладывались верующие, пропитывалась «свежим» углеродом. В 1532 году в церкви Сан-Шапель де Шанбери, где хранилась святыня, случился пожар, в результате которого Плащаница в двух местах была прожжена, но при этом она еще и «прокоптилась» углеродом-14 от деревянных предметов, горевших в церкви. Однако подобные научные возражения намеренно замалчивались СМИ, там даже не вспомнили о самом факте научной дискуссии по поводу достоинств и недостатков метода радиоуглеродной датировки. Зато крупнейшие телекомпании мiра всласть поглумились над величайшей святыней, сообщая о подтасованных результатах «независимых исследований». С выводами «экспертов» согласились даже официальные представители Ватикана.

То, что это была загодя продуманная кампания по расшатыванию христианского сознания, косвенным образом обнаруживается через следующий факт. Большинству советских граждан еще лет пять назад ничего не было известно о самом существовании Туринской Плащаницы и о ее поистине чудесных свойствах. И вдруг вполне атеистический журнал «Наука и жизнь» поместил подробную «сочувственную» статью о Туринской Плащанице, которая произвела настоящую бурю. Знаменитый номер «Науки и жизни» выпрашивали друг у друга, «зачитывали» из библиотек, статью ксерокопировали, перепечатывали на машинке и переписывали от руки... А потом был транснациональный показ «разоблачения чуда». Эффект такой передачи был бы значительно слабее для несведущих о христианских святынях подсоветских зрителей, если бы они не были подготовлены «сочувственной» статьей в «Науке и жизни»: талмудические мистагоги лишились бы существенного ритуального навара - миллионов невольных хулителей Духа Святаго, проживающих в СССР. [8]

Кто же может постичь глубины сатанинские, не подвергаясь душегубительным опасностям?! Но и без детального рассмотрения механизма этой дьявольской работы ясно обнаруживается, что и в случае с «находкой» Г.Рябова задуман аналогичный трюк, запланированный результат которого - признание «исследованием» компетентной «независимой», еще лучше международной комиссии «аутентичности» предложенных скелетов честным останкам Царя и Его Семьи.

Уже в конце 1988 года среди московских журналистов прошел слух, что в портфеле нового патриотического журнала «Родина» лежит сенсационный материал какого-то бывшего милиционера, который будто бы разыскал могилу последнего Российского Императора. Тут надо добавить, что неофициально поддерживалось кулуарное мнение, что журнал «Родина», который будто бы негласно курирует член Политбюро Е.К.Лигачев, будет идеологическим противовесом космополитическому «Огоньку», опекаемому А.Яковлевым. Хотя штат новой редакции в значительной степени формировался из бывших «огоньковцев». В редакциях обговаривалась и еще одна щекотливая подробность - «царский» материал появится именно в Апрельском, традиционно «ленинском» номере журнала. [9]

Но истинные вдохновители сенсаций и творцы острых приправ свой фокус подстраховали, так как разрыв «бомбы» на страницах еще мало знакомого публике журнала мог быть недостаточно мощным. Они предварили выход материала в «Родине» публикацией интервью А.Кабакова с Г.Рябовым в «Московских новостях» N 16 от 12 Апреля 1989 года, а также широко разрекламированным выступлением милицейского драматурга в аудитории перестроечного Историко-Архивного института 20 Апреля. Расклад этой «патриотической» акции не нуждается в комментарии.

И российские патриоты, потребив этот ком сенсаций, зачесали затылки: к чему бы это? А один московский батюшка в простоте сердечной обмолвился своим духовным чадам: «Святых, от жидов умученных - знаю, а вот - от жидов прославленных припомнить не могу». [10]

Удивительное противоречие судьбы - сын комиссара, бывший следователь (по слухам однокурсник М.Горбачева по юридическому факультету), модный милицейский кинодраматург и писатель, автор сценария насквозь лживого телесериала о советской милиции «Рожденная революцией», который был отмечен Госпремией РСФСР, премией МВД СССР, Госпремией СССР, - Гелий Трофимович Рябов, неожиданно увлекся поисками могилы Царской Семьи для восстановления исторической справедливости по отношению к расстрелянным. Может быть, действительно в лживом киноисториографе советской милиции проснулась совесть? Может быть, действительно он обрел покаяние и решил написать правдивую историю рожденного революцией злодейства? Давайте повнимательнее прислушаемся к самому Рябову, к тому, что он сам рассказывает о своих побудительных мотивах и изысканиях.

Повествуя о начале своих поисков в Июне 1976 года, Г.Рябов стремится представить его как внезапную вспышку энтузиазма: приехал в служебную командировку в Екатеринбург (временно называется Свердловском), захотел побывать в знаменитом доме Ипатьева, и там его осенило - решил проникнуть в тайну цареубийства. Любопытно, что воспоминания самого Г.Рябова об этом моменте в очерке и в интервью разнятся.

«До сих пор не могу понять, что меня толкнуло, прямо на вокзале я попросил встречающих: повезите меня в Ипатьевский дом, «дом особого назначения», как он именовался властями во время заточения там Императорской Фамилии. Впрочем, моя просьба не вызвала удивления - оказывается, интерес к этому месту проявляли едва ли не все приезжие, в том числе и «высокие гости»».

Так сказано в интервью, опубликованном в «Московских новостях». В очерке же свою просьбу он высказывает уже на следующее утро в номере гостиницы «Свердловск».

Сам по себе такой порыв по-человечески выглядит убедительным, тем более, простейшими литературными приемами Рябов изображает этакую праздную рефлексию столичного гостя - простая фабула действия обставлена многочисленными подмигиваниями читателю - ну, вы, конечно, понимаете, что я чувствовал. Но если рассматривать изложенную фабулу побуждения к действию с протокольной сухостью, что-то настораживает в изображенной драматургом сцене.

«Утром стук в дверь. Аккуратный, как пишут в ведомственной прессе, «подтянутый» полковник лет сорока пяти на вид: «Что будем смотреть? Шахту по добыче золота? Тюрьму? Может быть... съездим за город?»» 

Ясно, что это не друг-приятель писателя. Полковник милиции - весьма крупный чин для областного центра. От него вряд ли можно ожидать лакейской угодливости. Возможно, роль его несколько иная, чем просто представительская встреча. Но читатель не должен об этом догадываться. Рябов отвечает коротко и однозначно, что «они будут смотреть»: 

« - Особняк Ипатьева.

Молчание, потом едва заметный выдох: «Я вас понимаю. Министр у нас был на совещании, так верите ли - прямо с вокзалавелел везти к Ипатьеву. Хочу, говорит, увидеть место, на котором закончили свои дни последние Романовы. Странное желание, как вы думаете?» Не знаю. Иногда нас посещают вещие сны. (Полковник из УВД Свердловскоблисполкома. Я один из авторов фильма «Рожденная революцией» и приехал на встречу с «личным составом УВД»)». [11]

Министр МВД СССР, член ЦК КПСС Н.А.Щелоков здесь упоминается не случайно, поскольку именно он потом дает Г.Рябову карт-бланш для работы по Царскому Делу в советских архивах. Для громадного большинства людей, никогда не занимавшихся историческими исследованиями, слова «архив», «спецхран», «допуск» сами по себе таинственны и тем притягательны. Если кому и доводилось получать справку из архива, то дальше окошечка в приемной знакомство с этого рода заведениями не простиралось. Поэтому неспециалисту, конечно же, не известно, что, например, Царский и Великокняжеские фонды в Центральном Государственном архиве октябрьской революции (ЦГАОР) были рассекречены еще во времена хрущевской «оттепели». Для доступа к ним или, к примеру, в отдел специального хранения Государственной библиотеки имени Ленина достаточно элементарного отношения на бланке с печатью и подписью мало-мальски ответственного лица - бумаги, которую можно получить в любой редакции, институте или творческом союзе - журналистов, писателей, кинематографистов [12]. Уровня ЦК КПСС, Министерства внутренних дел СССР для этого не требуется. Никаких же иных «секретных» документов в публикациях Г.Рябова не упоминается. Ничего нового с исторической точки зрения Г.Рябов не предлагает. Зачем же «энтузиасту» была нужна столь могущественная поддержка в лице Министра МВД СССР, члена ЦК Н.А.Щелокова?

Нам видится, что вопрос следует ставить совершенно в ином ракурсе. А были ли отношения «Рябов-Щелоков» таковы, какими их старается представить читателю наш кинодраматург и бывший следователь?

В книге Н.А.Соколова «Убийство Царской Семьи» есть такие слова: «Часто бывает, что истина, когда ее пытаются скрыть, обнаруживается в маленьких штрихах, деталях». [13]

28 Ноября 1989 года на вечере в Доме кино (Москва) Г.Рябов в своем выступлении среди прочего обмолвился, что дом инженера Н.Н.Ипатьева был взорван в канун Ноябрьской «даты» 1977 года по личному указанию М.А.Суслова [14], сделанному Первому секретарю Свердловского обкома Б.Н.Ельцину. Сам исполнитель святотатственной акции в недавнем интервью для латвийской газеты сказал следующее: 

«Это было решение Политбюро, подписанное Л.Брежневым. [15] На снос дома давалось три дня. Я спрашивал у тех, кто спустил в Свердловск бумагу, «как я объясню людям?» «А вот как хочешь, так и объясняй». Бери, мол, все на себя. Тогда я был самым молодым секретарем обкома, и зубки, хотя уже начали прорезываться, но все еще были молочные. Прошли сутки, а дом все еще стоит. Ну, пошли из Москвы звонки: мол, дом старый, без удобств, людей в нем расстреливали... Словом, в одну ночь срыли. И то место закатали в асфальт - улица К.Либкнехта прошла». [16]

Неожиданно для Ельцина журналист оказался более подготовленным к интервью, чем можно было ожидать от рижанина. Он спросил далее: 

« - В Свердловской газете «На смену» однако говорится, что особняк, где произошел расстрел Царской Семьи, был ликвидирован по инициативе из Москвы (предположительно - по приказу тогдашнего министра внутренних дел Щелокова).

- Нет, - возразил Б.Ельцин, - это было сделано по распоряжению Политбюро» [17].

Почему Б.Ельцин в данной ситуации отводит Н.Щелокова в тень? Уж не в связи ли с россказнями Рябова?

Судите сами: через посредничество Н.А.Щелокова возникает подозрительная связь между визитом в Свердловск Г.Рябова и сносом дома Ипатьева! Выезд Министра внутренних дел на какое-то областное совещание - факт сам по себе исключительный, и он должен указывать на экстраординарный повод такого совещания, но, со слов полковника из очерка Рябова, нам известно: «Министр у нас был на совещании, так верите ли - прямо с вокзала велел везти к Ипатьеву».

Г.Рябов пытается представить этот «маленький штрих, деталь» как блажь высокого лица. Схожими мотивами он объясняет и последовавший за этим собственный визит в особняк Ипатьева. Однако с «частным» характером его визита как-то не согласуется присутствие полковника (милицейский чин в масштабах областного УВД - второе или, по крайней мере, третье лицо). Там присутствует еще одна загадочная фигура. Обратимся вновь к тексту Рябова: 

«Приехал фотограф-криминалист, входим в здание, здесь все дышит прошлым... Фотограф все время щелкает -«планчик пола», «планчик потолка», для него этот дом и все в нем только некое очередное «место происшествия». В общеуголовном смысле... Тот, кто видел эти пустые комнаты, кто спустился в полуподвальный этаж и прошел его насквозь, до поворота налево, в ту, последнюю смертную камеру, тот не ищет сувениров. Здесь открывается истина». [18]

Для всякого православного русского человека место мученической кончины Святого Царского Семейства - святыня, и для него понятны теперешние объяснения официозных разоблачителей эпохи «застоя», что дом Ипатьева был снесен потому, что стал местом усиливающегося паломничества. Богоборческая нежить черпает жизненную энергию в актах поругания святыни. Именно поэтому она, празднуя шестидесятый раз временную победу своей беззаконной власти, надругалась над местом общерусского поклонения.

Но зло низменно прагматично. Помимо плана духовного в этой кощунственной акции существует иной план. Дом Ипатьева самим своим существованием продолжал хранить тайны, разгадка которых представляла всегда реальную угрозу для самозваных правителей России. В той или иной степени в эти тайны были посвящены все верховные узурпаторы. Любопытная подробность: в 1928-1929 годах Л.И.Брежнев жил в Свердловске, и, весьма вероятно, что уже тогда, вступая в первые степени посвящения тайной иерархии, тогдашний землеустроитель, будущий Генеральный секретарь ЦК КПСС и Председатель Президиума Верховного Совета СССР, из первых рук мог ознакомиться с тайнами изуверного убийства и с приемами сокрытия этих тайн. И в пору укрепления своей верховной власти над страной в 70-е годы Л.И.Брежнев хорошо помнил, чего эти тайны стоят и, естественно, проявил особую озабоченность: вдруг хитроумная ловушка для одурачивания российских масс, заготовленная еще в 1919 году, в нужный момент не сработает, и он позаботился о приведении ее механизма в боевую готовность.

Так или иначе, проблема Екатеринбургского злодеяния в середине 1970-х годов волновала Политбюро ЦК КПСС, и тогда его члены поручили это серьезное дело специалисту - министру МВД СССР Н.А.Щелокову, который сам отправился на разведку в Екатеринбург, по-большевицки законспирировав свой визит областным совещанием.

Доклад Н.А.Щелокова для Политбюро, вероятно, не внес ясности, и ему, должно быть, поручили послать человека менее приметного, но более толкового, искушенного в следственной практике, чтобы его поездка и дала конкретный результат, и не обнаружила целей. Тут и пригодился «отставной» следователь, модный кинодраматург Г.Рябов. Визит писателя всегда можно объяснить «творческим» любопытством. И Г.Т.Рябов с «планчиками пола», «планчиками потолка», то есть документально обоснованно затем доложил: «Тот, кто видел эти пустые комнаты, кто спустился в полуподвальный этаж и прошел его насквозь, до поворота налево, в ту, последнюю смертную камеру, тот не ищет сувениров. Здесь открывается истина» [14]. Дом Ипатьева спустя 60 лет после преступления остался угрожающей уликой, которая не выдала всех своих тайн ни следователю Наметкину, ни следователю Сергееву, ни следователю Соколову, уликой, которая могла бы еще открыться тому, кто не ищет сувениров, но отыскивает истину.

Пассаж Г.Т.Рябова о сверхмощном допуске, выданном ему Н.Щелоковым для работы в архивах и спецхранах, прикрывает собою истинный смысл связи «Щелоков-Рябов», которая являла собой вовсе не меценатское благоволение высокого вельможи к своему ведомственному литератору, но - приказ руководителя внутренних дел страны следователю по особым поручениям Г.Рябову. Следующий приказ, уже от Политбюро, был отдан Б.Н.Ельцину: срыть дом Ипатьева вместе с горкой, на которой он стоял [20].

Порученчество Г.Рябова тем не закончилось, напротив, его миссия только начиналась. Войдя в курс Екатеринбургских дел, он стал ценным специалистом: трехлетняя практическая проверка показала его исполнительность и надежность. Ему было поручено поработать с другой уликой - с могильником в Коптяковском лесу. Этим он занялся летом 1979 года. Пружина ловушки образца «1919-го» была взведена. Осталось терпеливо дожидаться подходящей ситуации, соответствующей обстановки в стране, чтобы механизм пустить в действие. И вот в год Тысячелетия Крещения Руси в русском народе, в православных храмах вдруг заговорили о необходимости всецерковного прославления Святых Царственных Мучеников Дома Российского. Заговорили об этом вслух, хотя, конечно, сокровенное почитание Августейших Страстотерпцев в русском народе было и прежде. И вот тогда-то был дан новый приказ Г.Т.Рябову: «Действуй!»Какая же тайна Екатеринбургского злодеяния столь ревностно охраняется более семи десятилетий прямыми наследниками этого преступления? Тайна эта заключается в том, что на взгорке Екатеринбургской Голгофы в Июле 1918 года был совершен акт талмудического жертвоприношения, объявленный мiровому кагалу еще за 6 лет до того - в 1912 году, когда нелегально стали распространять открытку с изображением могеля-резника, который в руках держал белого жертвенного голубя с головой Государя Императора Николая Александровича в Царском венце. Да, в Екатеринбурге было совершено каббалистическое жертвоприношение, более известное в истории под названием РИТУАЛЬНОЕ УБИЙСТВО...Апрель 1989 - Январь 1990 годов


Часть 2


Чикагский след

В 1919 году к известному большевицкому историку профессору Михаилу Покровскому, который возглавлял тогда сверхсекретный архив «Истпарт», явился корреспондент чикагской газеты «Дейли Ньюс» Исаак Дон Левин. Очевидно, американский журналист предъявил весьма веский мандат и получил доступ к документам по убийству Царской Семьи в Екатеринбурге.

Уровень засекреченности документации, с которой ознакомился тогда «тихий американец», таков, что до сих пор, к 1993 году, ни один из этих материалов не был обнародован. Однако именно эти секретные сведения дали основания чикагцу Дону Левину передать в «Дейли Ньюс» от 5 Ноября 1919 года следующее безапелляционное сообщение:

«Николая Романова, бывшего Царя, Его Жены, четырех Дочерей и Их единственного Сына Алексея без всякой тени сомнения нет в живых. Все Они были казнены 17-го Июля 1918 года и Их тела были сожжены».

Публикация Дона Левина увидела свет до появления в 1920 году книги «Последние дни Романовых» английского журналиста - корреспондента газеты «Таймс» Роберта Вильтона, по поручению колчаковского правительства лично участвовавшего в официальном расследовании Екатеринбургского преступления в качестве фотографа-криминалиста.

Еще позднее - в 1922 году - вышла книга участника следствия генерал-лейтенанта М.К.Дитерихса «Убийство Царской Семьи и членов Дома Романовых на Урале» (переиздана в России в 1991 году). И только в 1925 году, вскоре после смерти автора, была опубликована книга следователя Николая Соколова «Убийство Царской Семьи» (переиздание - Москва, 1990 год).

Именно из этих книг мiру стало известно, что следствие пришло к выводу: тела Царя и Его близких были уничтожены на двух больших кострах с помощью большого количества бензина, а обугленные останки костей были ликвидированы 178 литрами концентрированной серной кислоты.

Но уже по крайней мере осенью 1919 года американец Исаак Дон Левин из первоисточника - секретных документов «Истпарта» - знал, что убийцы сделали с телами своих жертв - Их сожгли! Конечно, его информация в «Дейли Ньюс» не была газетной «уткой», ибо в дальнейшем его профессиональный престиж никак не пострадал.

Так, в 1923 году Исаак Дон Левин все еще продолжал неофициально курировать «Царское Дело» - тогда он сопровождал группу американских сенаторов, возглавляемую Вильямом Кингом, в их поездке по России. Они посетили и Екатеринбург, где осмотрели дом инженера Ипатьева, в котором было совершено убийство Царской Семьи.

Если бы сообщение от 5 Ноября 1919 года было ошибочным, Исаак Дон Левин не стал бы воспроизводить устаревшую «утку» в своих мемуарах, вышедших спустя пятьдесят четыре года - в 1973 году!

Чикагская «Дейли Ньюс» и потом не ослабила своего внимания к «Царскому делу». Так, в 1933 году ее корреспондент Стонеман узнал, что еще жив один из цареубийц - чекист Ермаков. Он сообщил об этом в Россию своему коллеге Ричарду Халибуртону, который немедленно отправился на Урал, добился свидания с Ермаковым и получил от него детальные показания об убийстве Царской Семьи: вся Семья была расстреляна, а трупы сожжены. Видимо, и Халибуртон обладал внушительным мандатом, если сверхбдительный чекист выложил ему все, что видел, в чем был участником [21].

Чикагская диаспора выходцев из России играла одну из ключевых ролей в организации Октябрьского переворота в 1917 году и в становлении на территории России не власти советов, как это принято называть, а подлинной чекистской диктатуры, послав значительный отряд своих представителей (более сотни) для пополнения кадров РВС и ВЧК.

Тут надо отметить, что название города скотобоен - «Чикаго» и тайный смысл наименования спецслужбы - «чека»- восходят к одному смысловому корню в особом воровском жаргоне - «чик» или «чек», обозначающему забойщика скота. [22]

Конечно же, чикагские мастера кровной мести, пыток и беззаконных убийств не были просто волонтерами, но являлись полномочными представителями теневого чикагского капитала, главари и воротилы которого нуждались в так называемой качественной информации об исполнении их кровавых сценариев в далекой России. Роль их тайного официоза выполняла «Дейли Ньюс». Особо их интересовал вопрос о Царской Семье, с которым неразрывно связана проблема реального могущества в России. Когда профаны путались в потоке противоречивых и часто взаимоисключающих сообщений о судьбе Императорского Семейства, «посвященные» легко ориентировались (да ориентируются и сейчас), где «деза», где «утка», а где «верняк», столь необходимый для гарантированной политической и финансовой деятельности.

И профессор М.Покровский (как потом и Ермаков) не совершил случайную ошибку, не нарушил партийной дисциплины, выдав Дону Левину информацию секретного свойства. Представителю своих подлинных заокеанских хозяев он просто не мог дать «дезу», так как прекрасно понимал, зная их нравы, что эта информация обязательно будет проверяться и перепроверяться... Однако, эту необходимую утечку информации нужно было как-то блокировать ложной версией убийства и сокрытия его следов «дезой» для профанов, которая понадобится тогда, когда придется прятать концы в воду в случае изменения политического курса в России.

Их нравы

Почему-то факт сожжения тел Царской Семьи определенному кругу заинтересованных лиц необходимо было скрывать от широкой общественности, от русского народа и в 1918 году, и в наше время.

Почему? Что за этим стоит?

Уже в двадцатые годы полуофициозная советская история признавала убийство всей Царской Семьи, как это установило колчаковское расследование. Но то же следствие на основании свидетельских показаний, вещественных улик и ряда экспертиз (чему посвящены сотни следственных документов) доказало, что тела убитых сожжены. А именно это и прежний, и нынешний - уже демократический научный официоз ни под каким видом не признает.

Может быть, все дело в том, что, по версии следственной комиссии, 18 Июля перед уничтожением тел головы Царственных Мучеников и Их верных слуг были отделены, помещены в спиртовой раствор (спирт выписывался вместе с серной кислотой) и в тот же день увезены Шаей Голощекиным в Москву. [23]

Если эта версия верна, она дает неопровержимые улики в раскрытии того, как было на «высшем» правительственном и международном уровне организовано цареубийство, кто конкретно и каким образом руководил им, и самое главное - кто является в настоящее время «законным» (с точки зрения теневого, «воровского» закона) наследником высокопоставленных цареубийц.

Кто сейчас хранитель Царственных глав как символа реального «воровского» могущества в России?!

Конечно, для рядового, нормального гражданина Советского Союза, Российской Федерации сия «воровская» символика начисто лишена здравого смысла. О своих явных властителях он знает из средств массовой информации. Но иные, отнюдь не основанные на здравом смысле законы, действуют в теневом мiре.

Вспоминается одна уголовная история семидесятых годов. Зверски был убит директор одного из московских мясокомбинатов - бывших боен на Рогожке. Тело-то его нашли на родном предприятии - в холодильнике, а голова куда-то делась... Видно, влиятельная была голова. Чем не сюжет, списанный с нравов чикагских?!

Что, не похоже на «интеллигентных» революционеров? Очень даже похоже! Когда бывший подпольщик, один из главных организаторов московского восстания в 1905 году Хрусталев-Носарь, скрываясь во время гражданской войны на скоропадской Украине, выпустил брошюру о своем прежнем соратнике «Как Лейба Троцкий-Бронштейн расторговывал Россией», оный Лейба послал своих агентов убить Носаря на «вражеской» территории, а голову обидчика привезти ему лично - члену ЦК, наркому вооруженных сил республики. Все было в точности исполнено. [24]

Что скрывают архивные тайники?

Если же отвлечься от этой уголовной мистики, совершенно очевидно, что по сию пору в недрах управленческих структур, в секретных хранилищах содержится массив документов, освещающих подлинную картину Екатеринбургского преступления. Колчаковскому следствию достались только случайные фрагменты чекистской документации. Одно то, что эти отдельные бумаги не были изъяты чекистами во время проводившейся весьма организованно эвакуации, говорит о многочисленности всей документации, имеющей отношение к Царскому Делу: за некоторыми документами уследить чекистам не удалось, хотя они прилагали громадные усилия для сокрытия следов своего преступления. Не даром ведь цареубийца Войков похвалялся, что «мiр никогда не узнает, что мы с Ними сделали».

Атмосфера взаимного недоверия и подозрительности, царившая в среде «чикагских» революционеров, где каждый товарищ в любой момент мог стать источником смертельной опасности, подразумевает существование строгой отчетности во всех совместных деяниях. Поэтому можно решительно утверждать, что секретное Царское Дело существует и ныне.

Целы катынские протоколы, сохранился подлинник договора Молотова-Риббентропа, существует свод материалов по организации голода на Юге России и Украине в начале тридцатых годов. Хотя это все легко можно было уничтожить и в период хрущевской «оттепели», и в брежневский «застой», и в начале «перестройки», и в Августе 1991 года.

Истина о катынской трагедии требовалась для «освобождавшейся» от социализма Польши, тайный договор о дружбе с фашистами понадобился для объединяющейся Германии, документы по голоду - новой «самостийной» Украине. Правда об убиении законного Главы Русского Государства и Его Наследника нужна для возрождения законности в России, для законопреемственности ее властей - их легитимности... С этим, как видим, не спешат.

Вряд ли можно рассчитывать, что вопрос об обнародовании секретных документов Царского Дела может быть поднят в связи с интересами иностранных и «суверенных» держав. Зачем, например, ворошить прошлое реванширующей Германии, много потрудившейся для разрушения законной российской государственности в 1917-1918 годах (до сих пор содержится в секрете часть документов Брест-Литовских кабальных переговоров), или скажем, Англии и Франции - союзникам Русского Царя, предавшим Его.

Если не принимать во внимание тайных причин, в настоящий момент в декларируемой политике властей Российской Федерации нет никаких препятствий для того, чтобы обнародовать секретные документы «Царского Дела» (например, по неофициальным источникам известно, что в архивах КГБ хранились кинохроника 1918 года, запечатлевшая наружный и внутренний вид дома инженера Ипатьева, фотография одиннадцати трупов во дворе дома Ипатьева, автограф Великой Княжны Татианы Николаевны со следами, похожими на кровь...). [25]

Коли инициатива от нынешних властей не исходит, потребовать этого могла бы общественность. Но она просто не догадывается, что в природе существует свод документов об убийстве Царской Семьи, засекреченных до сих пор.

Поэтому, чтобы вопрос о документации не возник в общественном сознании как бы сам собой, понадобилась широкомасштабная психологическая обработка его с помощью хитроумной пропагандистской кампании с демонстрацией «чудес» современной науки и попутным разрешением некоторых старых щекотливых проблем в большой международной политике. Цель кампании - насаждение новой «правды» об убийстве Императорской Семьи, новый обман Русского Народа, всех честных людей, не утративших совесть и чувство личной ответственности за происходящее вокруг.

Война против Истины

Явным образом регулярные действия этой психологической войны, ведущейся методами спецпропаганды (запрещенной, кстати, в мирное время международными соглашениями, а также специальной статьей Закона о СМИ Российской Федерации), начались 12 Апреля 1989 года с публикации в «Московских новостях» сенсационного интервью с Г.Т.Рябовым.

Единственное, на чем документально основывалась сенсация, была так называемая «Записка Юровского». И до сих пор больше ни одного исторического, юридического документа не было даже названо - документа, который бы свидетельствовал в пользу новой версии, отличной от той, которая излагается в пятнадцатитомном следственном деле колчаковских времен. [26]

Что же это за бумага, которая перевесила сотни документов, результаты многих экспертиз, вещественные улики?

С самой «Запиской» можно ознакомиться в Царском фонде N 601 бывшего Центрального Архива октябрьской революции. Четыре листка сильно порыжевшей бумаги - бледная машинопись с небольшими рукописными пометками, сделанными карандашом. Когда карандашный след стал плохо прочитываться, его обвели чернилами. В конце машинописи кратко от руки записаны координаты некоего места на старой лесной дороге к деревне Коптяки. Известно, что существуют еще два экземпляра аналогичной машинописи, один из которых хранится в архиве бывшего института марксизма-ленинизма в Москве, другой - в бывшем свердловском партийном архиве, но рукописная концовка на тех экземплярах отсутствует. Из одного этого можно сделать вывод, что машинопись и приписка делались в разное время.

В тексте комендант Дома особого назначения (особняк Ипатьева) Янкель Хаимович Юровский называется только в третьем лице сокращенно «ком». Ни подписи, ни даты, ни точной адресовки нет. А ведь все эти реквизиты просто необходимы для определения юридической и исторической ценности документа. Поэтому проблематично само авторство. Конечно, государственный преступник Я.Юровский мог участвовать в составлении этой бумаги, мог быть единственным ее автором, но, не зная цели написания сего документа, однозначно невозможно определить его истинность.

Из текста можно сделать вполне определенный вывод, что неизвестный автор его, описывая обстоятельства убийства Царской Семьи и последующих событий, был знаком с отдельными фактами, выявленными колчаковским следствием. За следствием подпольно велось активное агентурное наблюдение со стороны чекистов. Это описано в книгах участников следствия. (Осенью 1991 года в доме Телешова на собрании Союза «Христианское Возрождение» на эту тему был прочитан Алексеем Широпаевым доклад, основанный на богатом фактическом материале, но, к сожалению, А.А.Широпаев до сих пор так и не издал его в виде статьи.)

Однако ряд подробностей, деталей в «Записке» противоречат документально установленным фактам. То есть, неизвестное лицо не могло ознакомиться ни с книгой Роберта Вильтона (1920 год), ни с книгой М.Дитерихса (1922 год). Поэтому вполне возможно, что помета «20 г.» могла означать год составления бумаги, однако это только одно из возможных истолкований.

Заключительная часть «Записки» посвящена описанию захоронения одиннадцати тел: двух отдельно, после попытки сожжения, а девяти в общей яме, что полностью расходится с материалами официального следствия, и может рассматриваться как попытка дезавуировать кропотливую следственную работу.

В помощь Г.Т.Рябову для легализации в общественном сознании самого акта существования пресловутой «Записки» тогда же выступили - драматург Эдвард Радзинский с очерком «Расстрел в Екатеринбурге» [27], в котором воспроизведен полностью, кроме заключительной приписки, текст «Записки», и доктор исторических наук, ангажированный партией апологет Екатеринбургского злодейства Генрих Иоффе, который в очерке «Дом особого назначения» [28] упоминает «Записку» как документ, заслуживающий доверия - впрочем, без всяких доказательств.

С выходом в свет этих публикаций у ряда специалистов возникли законные сомнения, что система доказательств Г.Рябова убедительна. Уральский историк Игорь Непеин [29] в своем очерке «После расстрела» выдвинул перечень обоснованных вопросов, опираясь на материалы следствия и другие исторические документы.

Так же отреагировал исследователь из Америки, автор книги «Правда об убийстве Царской Семьи» профессор Павел Пагануцци (он наивно обратился в «Огонек» и получил отписку А.Кабакова, того самого, который брал интервью у Рябова для «Московских новостей» - на страницы журнала эта полемика не попала).

Спецпропаганда на то и спецпропаганда, чтобы не допускать в обрабатываемой среде и тени сомнения к внедряемому мифу - особенно на начальном этапе усвоения дезинформации: время - решающий и выигрышный фактор. Все центральные средства массовой информации были практически блокированы - по «царской» теме цензурой разрешалось выступать только названному кругу лиц: Рябову-Радзинскому-Иоффе.

К чести московской русской интеллигенции надо сказать, что к внезапно перекрасившемуся в монархисты Рябову она отнеслась хоть и с любопытством (сигнал перемены политического курса), но вместе с тем и крайне настороженно. С чего бы это - сын революционера-комиссара (по его собственному признанию), певец щелоковской милиции?.. Тут что-то не так, да и грубая фальшь, наигрыш сквозит в его «православности», в его сомнительной приверженности к Царской России...

Все, однако, ограничивалось разговорами среди патриотических писателей, журналистов и историков. И только отдельные мелкие общественные полуподпольные группировки через монархический «самиздат» пытались что-то возражать по этому поводу. Для громадного большинства народов России Рябов и Радзинский на полтора года стали чуть ли не главными специалистами по убийству Царской Семьи.

Только к осени девяностого года у нас увидела свет книга Н.Соколова «Убийство Царской Семьи». Писатель Валерий Родиков тогда же выступил со статьей «Гроб, торжественно внесенный» - в «Инженерной газете» [30], где вкратце давал опровержение версии Рябова и рассказывал о Царственных главах. Ни первое, ни второе событие замечено практически не было.

Год спустя Владимiр Солоухин выступил с очерком «У Ганиной ямы» [31], а у Родикова наконец вышел очерк «Легенда о Царской голове». Оба писателя прекрасно аргументировали убедительность версии Н.А.Соколова и сомнительность рябовской находки. Но было уже поздно. «Выстрелы» шли мимо цели. С Сентября девяностого года Г.Рябов ушел в тень, он не посчитал нужным спорить с законными доводами: мавр сделал свое дело, отыграв первый этап в психологической войне, ушел в резерв.

Эстафету принял другой кинодеятель, сын горбачевского помощника Карен Шахназаров, выпустивший пасквильный фильм «Цареубийца», сюжет которого скроен на основании «Записки».

А 12 Июля 1991 года «официально» был вскрыт тот самый могильник, и тут началось!..

В публикации Э.Радзинского документ начинается так: «Копия. т. Покровскому дан подлинник 20 г.»

Указание: «т. Покровскому дан подлинник 20 г.» предполагает существование некоего «подлинника», к разысканию которого ни Рябов, ни Радзинский, судя по их печатным и устным выступлениям, не предприняли никаких усилий. Они просто заявляют, что рукописные пометы сделаны рукою Я.Юровского, хотя никто графологической экспертизы не проводил, а по внешнему их виду можно, например, предположить, что разные пометы сделаны разными почерками - на полях текста и в конце «Записки».

Следующий вопрос: кто такой «т. Покровский»? Однозначно утверждать, что это историк М.Покровский нельзя, хотя, вероятнее всего, это именно он. Однако смысл этой фразы дает основание полагать, что переданный т. Покровскому «подлинник» попал в некое собрание документов, имеющих отношение к убийству Царской Семьи, причем собрание более важное, чем ЦГАОРовская коллекция, поскольку туда адресовался «подлинник». Что это за собрание документов, где оно находится? Ведь «Записка», хранящаяся в архиве института марксизма-ленинизма, как мы уже говорили, менее полная, хотя именно этот фонд имеет отношение к «Истпарту».

Вопросов много, и все их необходимо раскрыть для того, чтобы установить специальным исследованием исторический контекст появления «темного» документа. Никто из новоявленных специалистов по Царскому Делу таким исследованием себя не утрудил, резонно считая, что для громадного большинства людей обнаружение самого могильника, описанного в «Записке», и станет подтверждением подлинности «Записки». Логический трюк - «Записка» свидетельствует о могильнике, а могильник - о «Записке».

Все гладко, если не задать «шершавый» вопрос:

Когда был сделан могильник?!

В своих устных выступлениях перед массовой аудиторией и Г.Рябов, и Э.Радзинский неоднократно говорили (есть магнитофонные записи), что следователь Соколов весной и летом 1919 года, почти ежедневно ходя к урочищу Ганина Яма (где были сожжены тела), проходил прямо по могильнику, обнаруженному сначала в 1979 году Рябовым и очередной раз вскрытому в 1991 году. Нотка самодовольства, злорадства так и сквозила в этих словах, родственная самодовольной ухмылке цареубийцы Войкова («Мiр никогда не узнает, что мы с Ними сделали») и родственная торжествующей лжи автора «Записки»:

«Часам к семи утра яма аршина два с половиной глубины и три с половиной в квадрате была готова. Трупы сложили в яму, облив лица и вообще все тела серной кислотой, как для неузнаваемости, так и для того, чтобы предотвратить смрад от разложения. Забросав землей и хворостом, сверху наложили шпалы и несколько раз проехали - следов ямы не осталось. Секрет был сохранен вполне - этого места погребения белые не нашли». [32]

Все это кого-нибудь и могло убедить, если бы классный криминалист Николай Алексеевич Соколов не исследовал каждый аршин пути грузовиков Юровского и особенно тщательно то место, где застрял «фиат» чекистов, где, по словам автора «Записки», и был сделан могильник.

Будь Н.А.Соколов кабинетным работником, еще как-то можно было бы поверить наглому вранью о нем - там не досмотрел, то не перепроверил... Но он - опытнейший практик, следователь по особо важным делам, раскрывший прежде множество преступлений именно в сельской местности, человек, которому генерал М.К.Дитерихс дает следующую характеристику:

«С детства природный охотник, привыкший к лишениям бродячей охотничей жизни, к высиживанию по часам глухаря или тетерева на току, он развил в себе до максимального предела наблюдательность, угадывание примет и безконечное терпение в достижении цели». [33]

Из чтения книг участников следствия наглядно в запротоколированных деталях видно, что Н.А.Соколов изучил каждый аршин тех мест, учел каждую инородную щепочку, сломанную веточку. И он не смог заметить ямы в три с половиной аршина в квадрате, укрытой шпалами, если ее замаскировали просто ездой грузовика?! Абсурд, глупость!

Коль нынешний могильник действительно находится на трассе, по которой следовали грузовики Я.Юровского, то совершенно очевидно, что до Августа месяца 1919 года на этом месте никакого могильника просто не было, и поэтому Н.А.Соколов не мог его отыскать. Такой специалист как Н.А.Соколов (об этом свидетельствуют многие материалы следствия) просто на ощупь при ходьбе обнаружил бы тронутую лопатой меньше года назад землю, а уж тем более не пропустил бы свежесделанного могильника под шпалами в Поросенковом Логу рядом со 184-м разъездом. О том, что это место было тщательно исследовано им, свидетельствует тот факт, что в Дело была включена фотография за N 76 «Мостик, набросанный большевиками на Коптяковской дороге, где застрял грузовой автомобиль, доставивший трупы Царской Семьи к руднику». [34]

Ни Г.Т.Рябов, ни его сторонники ничего не говорят о действиях чекистов после того, как вернулась их власть на Урал. А ведь известно, что они продолжили работу по сокрытию следов грандиозного преступления, уже опираясь на факты, что твердо установило колчаковское следствие, на факты, известные им через свою агентуру. [35]

В Сентябре 1919 года в «Правде» появилось сообщение о том, что 17 Сентября в Перми состоялся суд над 28 обвиненными в... убийстве Царской Семьи. Среди них - три члена Екатеринбургского совета - Грузинов, Яхонтов и Милютин. Часть обвиняемых, в том числе и Яхонтова, суд приговорил к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение на следующий день. Никто из причастных реально к убийству Царской Семьи тогда не «пострадал». [36]

Как быть с документами по этому странному делу? Они ведь тоже оказываются вне зоны внимания и Рябова, и, увы, общественности, хотя этот процесс контролировался из Москвы, и опять-таки где-то должны быть следы его, в том числе и в Московских архивах. Вполне возможно, что в связи именно с этим процессом было появление могильника и «Записки», но нас особенно привлекает другая, явно не случайная логическая цепь - визит чикагского журналиста Исаака Дон Левина в «Истпарт», его ноябрьская заметка в «Дейли Ньюс» и «Записка», также обращенная к «т. Покровскому».

Очевидно - основные компоненты развернувшейся с 1989 года пропагандистской кампании по рекламированию новой «правды» об убийстве Царской Семьи закладывались в период с Сентября 1919 года, в 1920 году. Вполне возможно, что и в создании «Записки», и в создании могильника лично участвовал преступник Я.Юровский. Косвенно на его причастность указывает тот факт, что его сын Александр Юровский в конце пятидесятых годов передал собственную копию «Записки» в архив Музея октябрьской революции в Ленинграде. Именно в те годы была извлечена из спецхрана и стала доступна специалистам ЦГАОРовская «Записка». По словам Г.Т.Рябова, он впервые познакомился с ее текстом на квартире А.Юровского. Все же довольно странная ревность сына цареубийцы в пропаганде «подвига» отца... [37]

Сейчас газетный шум вокруг коптяковского могильника только набирает новые и новые обороты. Думается, пик кампании придется на Май или Июль нынешнего года. 19 Мая исполняется 125 лет со дня рождения Царя-Мученика Николая Александровича, а 17 Июля будет ровно 75 лет Екатеринбургскому преступлению.

К тому времени несколько «независимых» экспертиз «докажут» идентичность останков Царской Семье [38]. Новые и новые публикации об успехах «независимых» экспертиз будут по-прежнему запихивать истину в топь Коптяковских трясин.

Истина во всей полноте восторжествует только тогда, когда общественное российское мнение обретет самокритичность и способность к самооценке тех реакций, которых ждут от него политики теневого мiра, «воры в законе», тесно связанные с прессой.

Нужно требовать не «независимых» экспертиз, где бы они ни проводились - в Англии, Германии или Японии, а ответственного расследования Царского Дела на высшем Российском государственном уровне - с личной поименной ответственностью в дальнейшем за каждый результат этого расследования.

Пока же круг посвященных лиц может надсадно смеяться над обезглавленным Русским Народом:

«Уголовное дело по факту убийства Императорской Семьи в Екатеринбурге летом 1918 года не может быть возбуждено... Существует срок давности - 15 лет. К тому же в 1918 году не существовало системы законодательства: определить, какой именно закон нарушил Уралсовет, не представляется возможным». [39]

Для преступления такого масштаба нет срока давности, это прекрасно понимали цареубийцы и понимают их прямые наследники, ставшие соучастниками этого преступления, продолжая деятельность по сокрытию его следов. Не прикасайтеся к помазанным Моим (1 Пар. 16, 22). Этот библейский закон не может отменить никакая революция, никакое Учредительное собрание, никакой референдум. А события Июльской ночи имеют именно библейское значение, и они содержат духовное свидетельство, которое одно перевешивает тысячи «аргументов, фактов и экспертиз»...

16 Июля 1918 года после половины одиннадцатого вечера Императрица сделала последнюю запись в своем дневнике - меньше чем за два часа до мученической кончины. Обычно каждый день в Царской Семье читалась Библия. Царица написала о прошедшем дне: «Мы читали Книгу Пророка Амоса...» [40] Эта ветхозаветная книга небольшая - состоит всего из девяти глав. Она в тот день была прочитана вся.

Там и содержится прямое обличение действия цареубийц и страшная Божия клятва возмездия:

...Не пощажу его, потому что он пережег кости царя Едомского в известь (Ам. 2, 1).

После этого всякому верующему русскому ясно, что Господь Свою правду утвердит, сколь бы ни громоздило вавилонов лжи каинское отребье богоборцев. Однако терпеливое ожидание воли Божией в утверждении истины об убийстве Царской Семьи требует от нас особого духовного труда постижения этой истины и посильного обличения служителей тайны беззакония.


Часть 3


Черная банда

В начале нынешнего века в либеральной печати за активистами российского православно-монархического движения закрепилось прозвище «черная сотня», которое продажные писаки пытались утвердить как ругательное. Однако патриоты не стушевались и с гордостью приняли прозвание посадского люда, организовавшегося во время иноплеменных нашествий в регулярные черные сотни для отражения внешней напасти. Своих же политических и духовных супостатов бравые черносотенцы ХХ века метко прозвали «черной бандой», подразумевая под этим тайный союз воротил интернационального капитала и ангажированных ими журналистов, юристов, политиков.

Два этих словосочетания точно характеризуют противоборствующие стороны. С одной стороны - открытое законное сообщество людей, отстаивающих независимость своей родины, своего народа - сотня. У них черный цвет символизирует монашеское самоотречение от соблазнов западного мiра ради горних спасительных идеалов. С другой стороны - тайное сборище беззаконников разных специальностей, банда объединенных страстями мiра сего. Их черный - символ тьмы внешней, помрачения, символ ада, где нет света.

До сих пор черная банда «чикагских мальчиков» не может простить Святому Царю-Мученику Николаю Александровичу, что Он тепло относился к черносотенцам и носил на своем мундире почетный знак Союза Русского Народа. Даже в день 75-ой годовщины Его мученической кончины одна из демократических газет нашла нужным вспомнить этот факт, сдобрив его изрядной порцией ядовитой желчи. Откуда эта злоба, не торжествующая - подколодная? Ведь столько уже вылито грязи на Августейших Страстотерпцев. Столько лжи о Них уже сказано. Столько губительного яда излито на русский народ!

Страх подгоняет заединщиков мрачных дел.

Все от того, что их утверждения строятся на песке обмана. Они вынуждены постоянно действовать, действовать, действовать. Лгать без передыху, чтобы «громадье» их лжи не рушилось тут же.

Одураченный ими, плененный Русский Народ они держат в постоянном напряжении недоумения, чтобы он не мог в естественном здравомыслии противостоять их быстро сменяемой лжи.

Не успела кампания, развернутая Г.Рябовым, Г.Иоффе и Э.Радзинским начать «выдыхаться», как в Январе 1990 года на подмогу бросились их подельники из Англии. Аукционная фирма «Сотби» погнала мутную волну новых недоумений на российское общественное сознание шумной подготовкой распродажи подлинника следственного дела по факту убийства Царской Семьи, Членов Императорской Фамилии и Их родственников. Шум поднялся в Январе, а достиг апогея в Августе, когда всему мiру было объявлено, что «документы следователя Н.А.Соколова» проданы в частные руки. Покупатель пожелал сохранить анонимность [41]. Первым, кто сообщил россиянам эту новость, был все тот же Г.Рябов, присутствовавший на лондонском аукционе. Его выступление прошло 2 Сентября 1990 года в телепередаче «Под знаком «.

Уже первые январские сообщения о готовящейся аукционной распродаже подлинника Царского Дела вызвали острую реакцию в нарождающемся православно-монархическом движении. Мы пытались убедить некоторых русских общественных деятелей, что необходимо срочное и категоричное заявление от лица патриотической общественности о безпрецедентной акции - о распродаже российского национального достояния, государственных документов исключительной важности. Наш порыв вяз в духе обреченности и безысходности, люди опускали руки, не зная, что можно предпринять.

Особо памятен разговор с Ильей Сергеевичем Глазуновым в Мае 1990 года на открытии фотовыставки «Царский Архив». [42]

Художник соглашался, что «Сотби» поступает нагло и беззаконно - следственное дело такого масштаба и значения не может быть чьей-либо частной собственностью, но общественный протест по этому поводу он считал безсмысленным. Во-первых, он не даст никакого результата, скорее всего просто не будет замечен, а во-вторых, невозможно требовать передачи документов из Царского Дела в руки коммунистических властителей СССР.

В другой раз на той же выставке мы беседовали о проделках «Сотби» с отцом Александром Киселевым - настоятелем Нью-Йоркского собора, а в прошлом духовником РОА и генерала Власова. Маститый батюшка пожал плечами: «Они признают только силу денег и большой политики. Что мы можем против них?» Нечто подобное я слышал и от других патриотов - писателей, историков, церковных деятелей.

Возможно, они были в чем-то правы: скоропалительная реакция, заведомо обреченная на провал, только подчеркнула бы временное торжество международной черной банды, усилило бы впечатление от их мнимого всемогущества.

В Июне 1990 года в Ленинград приехал Его Высочество Князь Михаил Федорович. По решению моих единомышленников из Братства Святого Благоверного Царя-Мученика Николая [43] я отправился в Питер встретиться и побеседовать с высоким гостем России. Мы лелеяли надежду, что представители Рода Романовых выступят с протестом против бандитской акции «Сотби».

О встрече удалось договориться лишь за день до отъезда Князя из России. Его представитель предупредил, что в моем распоряжении будет не более двадцати минут разговора.

Его Высочество принимал в маленьком номерке гостиницы «Ленинград». Из окна открывался вид на крейсер «Аврора». Князь был прост и доступен в обращении, поэтому преодолеть законное волнение и смущение было легко, однако обстановка для доверительного разговора была неблагоприятная. В номере находилась «переводчица» из породы уполномоченных (Князь Михаил Федорович свободно говорит по-русски) и представитель... Гелия Рябова - некий А.Б.Бойко. Он представился как заместитель директора фильма об убийстве Царской Семьи, который должен был сниматься по сценарию милицейского драматурга. Из разговора стало ясно, что А.Б.Бойко пришел с надеждой, что Его Высочество Князь Михаил Федорович, в прошлом кинорежиссер, да к тому же еще проживающий в Каннах, поможет найти зарубежных спонсоров для съемок фильма.

Князь поделился грустными впечатлениями о современной России. Выражал надежду, что со временем все переменится к лучшему, но при этом намекнул, что существуют могучие международные силы, которые панически боятся возрождения нашей Родины и будут всячески этому препятствовать.

Что же касается Царской Семьи, он подчеркнул, что не разделяет версию Н.А.Соколова и тем более версию Г.Рябова, которую считает откровенной большевицкой фальшивкой.

Князь Михаил Федорович подробно объяснил, почему он придерживается такого взгляда. По его мнению, Царская Семья каким-то образом была спасена и до начала Второй Мiровой войны тайно проживала в Польше неподалеку от русской границы. Он отметил, что такое убеждение было присуще и Ее Императорскому Величеству Вдовствующей Императрице Марии Феодоровне, а также и Сестре Государя и Бабке Князя Ее Императорскому Высочеству Великой Княгине Ксении Александровне.

Князь признался, что он не располагает документальными свидетельствами, однозначно подтверждающими такую версию, но при этом добавил, что определенно знает: через год или полтора откроются некие зарубежные архивы, в которых содержатся неопровержимые свидетельства о спасении Царской Семьи и о Ее дальнейшей судьбе.

Впрочем, в заключение он отметил, что его мать - восьмидесятилетняя Княгиня Ирина Павловна [44] - не разделяет его взглядов на судьбу Царской Семьи.

«Она уверена, что Их всех убили: над ее кроватью висит иконка Святых Царственных Мучеников и образок ее родного брата Святого Князя-Мученика Владимiра».

Относительно следственных документов Н.А.Соколова, которые, по мнению Князя, должны принадлежать россиянам как неотъемлемое национальное достояние, он с сожалением отметил, что для оспаривания прав собственности необходим сложный судебный процесс, который в условиях западной демократии потребовал бы громадных денежных средств. Насколько известно Михаилу Федоровичу, из его ныне здравствующих родственников никто такими деньгами не располагает.

Вместо назначенных двадцати минут беседа длилась около часу, но и она подошла к концу: в номер Князя зашел двоюродный брат Его Высочества - Принц Бернадот [45] и, простившись с нами, они отправились на очередную «плановую» экскурсию.

Без всякой инициативы с моей стороны получилось так, что вышеназванный господин Бойко почему-то проникся ко мне интересом. Могу предположить, что он решил, будто Братство, которое я представлял, - нечто вроде церковной благотворительной организации, через которую можно достать средства для съемок. И мы некоторое время еще побеседовали с ним в вестибюле гостиницы. Незадачливый представитель Г.Т.Рябова излишне разоткровенничался со мной о деятельности своего патрона, вероятно стараясь выказать себя посвященным в некоторые тайны Царского Дела и тем создать атмосферу доверительности между нами. На прощание мы даже обменялись телефонами.

Несмотря на радость от встречи - впервые довелось повидать представителя столь чтимого нами Рода Романовых, Князя Императорской Крови, и еще поговорить с ним, - я все же был удручен нашим безсилием хоть как-то противодействовать акции фирмы «Сотби».

Вернувшись в Москву, по совету братчиков я сразу же написал статью «Продается Россия...». В Июле она была опубликована под иным названием в четвертом номере сборника «Царь-Колоколъ». И этот материал подвергся сильной редакторской переработке и сокращению.

Реакция на наше выступление была нулевая, если не считать рассерженного и даже угрожающего звонка господина Бойко, который теперь отказывался от того, что в порыве откровения поведал мне, а я ничтоже сумняшеся употребил в статье. Я ответил ему: «Бог нам Свидетель».

С тех пор прошло более трех лет. Эту неуслышанную реплику из монархического самиздата можно было бы забыть, если бы в Январе нынешнего (1993-го) года я не узнал от корреспондента английского еженедельника «Санди Экспресс» Виталия Козликина, что собрание подлинных документов по убийству Царской Семьи до сих пор находится в хранилищах фирмы «Сотби». Об этом сообщил английскому журналисту агент аукционной фирмы, специализирующийся на российской тематике. Оказывается, покупатель так и не перечислил деньги за покупку.

В связи с открывшимися обстоятельствами устаревшая было статья «Продается Россия...» приобрела вдруг новую актуальность, поскольку коренным образом изменилась политическая ситуация в стране, и поэтому я посчитал нужным воспроизвести ее здесь целиком. Предлагаю авторский вариант, поскольку в нем четче и подробнее описан механизм специального психического воздействия на общественное сознание, что было опущено в публикации «Царь-Колокола». В момент ее написания я еще не был знаком с блистательными экономическими разработками в статьях Анатолия Кузьмича Цикунова (Царствие Небесное убиенному рабу Божию Анатолию). Некоторые выводы у меня носили интуитивный характер, сейчас их можно было бы подкрепить его разоблачительным анализом. Бог даст, мы еще доберемся до этих тем в наших рассмотрениях Царского Дела, но пока отложим это на будущее.

«Продается Россия... Раз.

Продается Россия... Два.

Продается Россия!»

Выдающийся русский эколог Фаттей Яковлевич Шипунов, академик Российской народной академии, в Феврале 1989 года выступал в Доме художников на Кузнецком Мосту. Зал был полон до отказа, в течение более полутора часов слушал, затаив дыхание. Четко, с цифрами, ссылками на документы, на основании глубокого статистического анализа, ученый нарисовал страшную картину разорения Руси: за первые десять лет после Февраля 1917 года агентами и факторами американского банкира Янкеля Шиффа и Ко Россия была ограблена на 300 000 000 000 золотых рублей.

Что можно по этому поводу сказать? Такие перемещения астрономических ценностей не проходят безболезненно для мiровой экономики, для жизни планеты [46].

Так, кратковременная спекулятивная экономическая активность в Северо-Американских Соединенных Штатах обернулась Великой Депрессией тридцатых годов. Западную транснациональную экономику просто пропоносило от несметных российских богатств, которые она судорожно заглатывала через прямой грабеж, а также тайные сделки, фальшивые аукционные распродажи, кабальные концессии и прочие воровские механизмы отмывания похищенных средств.

Подобный эффект претерпела в свое время, безусловно, в меньшем масштабе, экономика Испании: поток южно-американского золота и серебра привел к форменному развалу производительных сил страны, вывел ее из числа ведущих европейских держав.

Возникший же в ХХ веке экономический дисбаланс породил фашистский Рейх и привел к неизбежности Второй Мiровой войны. За все надо платить - таков суровый закон жизни.

Многие десятилетия русский человек, живущий в оккупированной России, мог только догадываться о существе этих процессов, узнавая из случайных источников, что где-то торгуют русскими картинами, иконами, антиквариатом, сокровищами Русских Царей, не говоря уж о природных богатствах нашей Отчизны. Поскольку присваивание теневыми дельцами русского национального достояния продолжается и по сей день, теперь в пору шаббесгойской гласности мы уже из официальных СМИ - из передач советского телевидения и радио, из сводок ТАСС и тому подобного - получаем циничные сообщения о такого рода махинациях.

Наше сознание исподволь заставляют смириться с мыслью о «естественности и неизбежности» такого положения вещей при «новом мiропорядке». Существо «нового мышления» и заключается в «добровольном», скотском повиновении, уже не за страх, а за совесть, черной банде финансовых вождей мiровой экономики.

«Новое мышление» делается с помощью «новых» слов и понятий. Без каких-либо разъяснений в широкий языковый оборот через СМИ внедряются слова «маркетинг», «спонсор», «консенсус» и т.д. и т.п., что само по себе возможно лишь в оккупированной или колониальной стране. Потому как в независимом (по новому мышлению - в «суверенном») государстве печать и прочие СМИ должны изъясняться на языке народа, для которого они вещают. Тем более делопроизводство должно вестись на государственном языке, в России - на русском. А сейчас - возьмешь любой международный договор, опубликованный в газете, и обязательно выудишь несколько загадочных словечек и словосочетаний, понятных только посвященным, так как их нет в русских словарях иностранных слов даже последних изданий.

Методика такого порабощения русского сознания с помощью превращения национального языка в средство межнационального и межрегионального общения очень напоминает повадку жуликов-портных из китайской сказки о голом мандарине, которого прохиндеи убеждали, что сшитые ими роскошные одежды видны одним умным, никто не хотел слыть дураком, и только простак слуга никак не мог взять в толк и вслух недоумевал, почему его господин разгуливает нагишом.

По логике «нового мышления» Россия и русские должны обогатиться самим обилием международных связей, договоров, и чем больше загадочных словечек будет присутствовать в тех сделках и договорах, тем радужнее и цивилизованнее ожидающие нас перспективы.

В славной Царской России в ходу были такие слова (пусть некоторые из них иноземного происхождения, но вошедшие в плоть русской культуры, проникшиеся русским духом) - «благотворитель», «меценат», «вкладчик», «партнер», «совладелец», «хозяин» - и каждое из этих слов имело и имеет определенное значение. Сейчас же, как бес из табакерки, откуда ни возьмись, выскочило похожее на собачью кличку словечко «спонсор». И стали употреблять его очень широко, как некое понятие, а не как узкоспециальный термин.

С новым понятием в жизнь приходит и соответствующая мораль. То по контексту «спонсор» звучит для нас как «благотворитель», то как «меценат», то как «акционер»...

Ну, когда «спонсором» какой-нибудь новомодной затеи оказывается отечественный кооператор, одуревший от потока разноцветных дензнаков, его еще можно заподозрить в благотворительности: для психологии русского нищего, за несколько месяцев сделавшегося миллионером, это допустимо. Но когда «спонсором» Русской энциклопедии оказывается американский миллиардер Сорос, ловко перехвативший перспективную идею у пролопушившихся патриотов, тут надо поднапрячь воображение, чтобы усмотреть в этом благотворительность. Магическое слово «спонсор» до поры обаятельно скрывает смысл этого конкретного явления. Когда же масштабное дельце будет обстряпано, ловкий юрист объяснит удивленному россиянину смысл термина «спонсор». Тогда некая сумма русских интеллектуальных богатств окажется в банковских хранилищах за океаном, и господин Сорос станет их законным владельцем.

А теперь перейдем к другому свежему примеру, по которому наглядно видно, как с помощью отмычки «спонсор» русское национальное достояние оказывается во владении дельцов черной международной банды.

С Января нынешнего (1990) года в центре внимания советских газет и телевидения оказалась очередная громкая сенсация, связанная с изуверским убийством Царской Семьи 17 Июля 1918 года в Екатеринбурге. Как недавно выразился русский патриот Валерий Архипов, расследование этого величайшего религиозно-мистического преступления в своей сути является ключом к Воскресению России, то есть, это - своего рода ключ Давидов из Откровения Иоанна Богослова (3, 7). В свете такого понимания и необходимо оценивать страшную новость, о которой пойдет речь ниже.

Итак, нам в Январе весьма невразумительно и противоречиво стали сообщать, что в ближайшее время аукционная фирма «Сотби» будет продавать подлинные документы из следственного дела об убийстве Царской Семьи. Сведения эти носили сбивчивый, обрывочный характер. Так например, рижская газета «Советская молодежь» сообщала:

«Документы, проливающие свет на обстоятельства убийства Царя Николая II и Членов Его Семьи, будут проданы на лондонском аукционе «Сотби». Племянница князя Владимiра Николаевича Орлова - бывшего водителя Царя - передала фирме архивы Николая Соколова, офицера, занимавшегося расследованием событий в Екатеринбурге после того, как город был освобожден русской армией. «Сотби» распространил фотокопии телеграммы, отправленной в Москву организатором убийства чекистом Белобородовым секретарю Совнаркома Горбунову. Текст этой телеграммы при расшифровке гласит: «Сообщите Свердлову всю Царскую Семью постигла участь Ее главы тчк официально Семья исчезнет эвакуации». Семья действительно исчезла, но не в эвакуации - тела убитых были уничтожены в серной кислоте. Местонахождение архивов Соколова долгое время не было известно. После эмиграции он продолжил исследовательскую работу при финансовой поддержке Орлова, осевшего во Франции. Архивы были помещены на хранение в банк. Своим родственникам Орлов не раскрывал содержание бумаг, но упоминал, что содержимое их «взрывоопасно». Продажа состоится 5 Апреля. По мнению организаторов, документы могут быть проданы за 300-500 тысяч фунтов стерлингов». [47]

Кратко комментируя эту информационную кашу, стоит отметить, что Николай Алексеевич Соколов, следователь по особо важным делам, был лицом сугубо штатским, поэтому слово «офицер» неуместно. Среди шоферов Царя и помощников Н.Соколова никакого князя Владимiра Николаевича Орлова не было. Князь был флигель-адъютантом Государя и иногда на своем авто возил Его Величество из Царского Села в Гатчину, Павловск и т.п., но дружеское одолжение князя своему Царю никак не связывалось с его служебными обязанностями.

Однако тассовский официоз по путанице превзошел информушку из молодежной газеты:

«ЛОНДОН. 14 февраля. (ТАСС). Накануне традиционного аукциона «Сотби» был распространен пресс-релиз, в котором, в частности, говорится:

Исторические документы, относящиеся к убийству Императорской Семьи в Екатеринбурге в Июле 1918 года, включающие оригинал телеграммы, отправленной в Кремль местным Советом, извещающей о совершении казни, как ожидают, будет продан за 300-500 тысяч фунтов стерлингов в одном из лотов на аукционе Сотби в Лондоне на распродаже под названием «Романовы: документы и фотографии».

На торгах будет, среди прочего, продаваться материал из архива Соколова, свидетельство, скрупулезно составленное Николаем Соколовым, официальным следователем, назначенным белой армией после захвата Екатеринбурга. Соколов был неутомим в своем выяснении правды о том, что произошло с Императорской Семьей, и был решительно настроен обезпечить безопасный вывоз своих изысканий из России так, чтобы они не попали в руки красной армии. До сих пор местонахождение архива Соколова было тайной. Представленные здесь на аукцион документы были переданы фирме «Сотби» в прошлом году потомком графа Орлова, русского эмигранта, который, будучи спонсором (выделено мной. - Л.Б.) проводившегося Соколовым расследования, унаследовал этот архив после смерти последнего в 1920-х годах. Нынешняя владелица знала о существовании в одном из банковских хранилищ того, что ее дядя называл своими «сенсационными документами», но до передачи их «Сотби» она не имела представления о том, что они из себя представляют.

После назначения одной из первых принятых Соколовым мер было изъятие на местном телеграфе в Екатеринбурге оригиналов всех телеграмм, отправленных незадолго до этого оттуда, которые большевики во время своего спешного отступления забыли уничтожить. Среди них была зашифрованная телеграмма, отправленная в Кремль 17 Июля 1918 года, то есть в день убийства. Телеграмма гласила: «Сообщите Свердлову, что всю Семью постигла та же участь, что и Ее Главу. Официально Семья погибнет при эвакуации». В официальном заявлении утверждалось, что Царь был застрелен группой восставших советских революционеров и что остальные Члены Семьи доставлены в безопасное укрытие, однако эта телеграмма, составленная в непонятных формулировках для того, чтобы телеграфист не понял ее смысла, свидетельствует, вне всяких сомнений, о том, что убийство всей Царской Семьи было совершено по указанию из Москвы. Свердлов был председателем Центрального исполнительного комитета Съезда Советов, а также главой тайной полиции (ЧК) в Москве.

Кусок желто-кремовых обоев из подвала Ипатьевского дома, в котором были казнены Члены Императорской Семьи и Их слуги, - еще одно оригинальное свидетельство из банковского хранилища. На этом куске обоев написана 21-я строфа из произведения немецкого поэта Гейне «Belshazzar»:

Belsatzar ward in selbiger Nacht

Von seinen Knechten umgebracht.

(в эту же ночь Бельзатцар был убит своими рабами). Помимо страшного отзвука «Цар» с слове «Бельзатцар», тот факт, что надпись сделана на немецком языке, говорит о том, что для проведения расстрела были использованы бывшие австро-венгерские военнопленные, перешедшие на сторону большевиков.

В числе других телеграмм, обнаруженных Соколовым, одна, написанная рукой Великого Князя Сергея Михайловича и адресованная его брату, извещает о том, что он, другие Великие Князья и Великая Княгиня Елизавета Федоровна, все Романовы и все находящиеся под домашним арестом в Алапаевске, близ Перми, «переведены на тюремный режим с солдатским рационом питания». Через 24 часа после трагедии в Екатеринбурге они были доставлены на заброшенную шахту и сброшены в штольню живыми. Только Великий Князь Сергей умер раньше, чем упал на дно шахты, потому что был застрелен, когда схватил за горло своего убийцу. Святая Великая Княгиня Елизавета, доставленная из женского монастыря в Москве, игуменьей которого Она была, Своим носовым платком перевязала голову другому Великому Князю, а очевидцы-крестьяне, скрывавшиеся в близлежащих зарослях, позже сообщили Соколову, что они слышали, как те пели перед своей гибелью «Песнопение Херувима».

Среди многочисленных счетов и квитанций, собранных Соколовым, есть счет, выставленный пароходом «Русь» за перевозку Семьи Романовых на участке пути от Тобольска до Екатеринбурга. В нем подробно учтены плата носильщикам и расходы на питание в пути: «телятина (пять порций), бефстроганов (две порции), молоко, фрукты, две чашки чая с молоком, одна чашка простого чая, курятина (три порции) и четыре стакана какао. Сигареты и сигары были вычеркнуты, что свидетельствует о том, что их просили подать, но они не были выданы. Среди документов есть также список 30 охранников «Дома специального назначения», как назывался Ипатьевский дом, с росписью каждого из охранников за полученное жалованье, и составленный местным тобольским зубным врачом список охранников, направленных к нему на осмотр.

В написанном от руки распоряжении, адресованном управляющему екатеринбургской аптекой, от него требуют выдать предъявителю сего документа «пять пудов серной кислоты». В общей сложности было выдано 11 пудов и 4 фунта (358 английских фунтов) кислоты стоимостью 196 рублей 50 копеек, и большое количество бензина было доставлено на грузовиках и конных подводах к шахте. Соколов считал, что серная кислота, о которой говорилось в вышеупомянутом распоряжении, использовалась для того, чтобы обезобразить трупы Членов Императорской Семьи и Их слуг.

Все оригинальные свидетельства в отдельности были документально описаны и собраны Соколовым в нескольких папках, некоторые из которых были включены в «сенсационные документы дяди Ники». Среди них - фотографии места преступления: Ипатьевский дом, обнесенный оградой, комнаты, в которых спали арестованные Члены Императорской Семьи, ступени лестницы, ведущей в подвал, и стена, изрешеченная пулями» [48].

Вот что цинично сообщил ТАСС, ссылаясь на пресс-релиз фирмы «Сотби». Мы узнали только то, что должны знать послушные шаббес-гои. Знать и не задавать вопросов. Потому что магическое слово «спонсор» сделало целый свод официальных государственных российских документов собственностью мифического частного лица - сначала некоего графа Орлова, затем его анонимной племянницы и, наконец, самой фирмы «Сотби».

Однако из пресс-релиза так и не ясно, кто же в настоящий момент заявляет себя владельцем собрания документов? Поначалу пресс-релиз сообщает:

«Представленные здесь на аукцион документы были проданы фирме «Сотби» в прошлом году потомком графа Орлова, который, будучи спонсором проводившегося Соколовым расследования, унаследовал этот архив после смерти последнего в 1920-х годах».

Цепочка перемены имущественной принадлежности архива изображена однозначно: некий граф Орлов присвоил документы, его наследница продала их фирме «Сотби». Однако следующая же фраза пресс-релиза говорит о другом:

«Нынешняя владелица знала о существовании в одном из банковских хранилищ того, что ее дядя называл своими «сенсационными документами», но до передачи их «Сотби» она не имела представления о том, что они из себя представляют».

Здесь наследница графа Орлова называется «нынешний владелицей», она лишь «передала» документы фирме. Но если не обращать внимания на эти формулировочные противоречия, которые, на наш взгляд, отнюдь не случайны, загадочна сама по себе подробность, что владелица даже не поинтересовалась, что же из себя представляет ее имущество, и сразу передала его аукционной фирме.

Конечно, эта путаница и психологически немотивированные странности неслучайны, как неслучайна анонимность наследницы. Но прежде, чем попытаться объяснить эту «несуразицу», обратимся к краткой истории свода подлинных документальных материалов, который в «тассовке» общо назван «архивом Соколова».

Следователь по особо важным делам Николай Алексеевич Соколов был официально назначен на рассмотрение дела по факту убийства Царской Семьи 7 Февраля 1919 года. Само же следствие было начато 30 Июля 1918 года судебным следователем по важнейшим делам Екатеринбургского Окружного суда А.Наметкиным, а 7 Августа 1918 года ведение следствия было передано члену суда И.Сергееву, который вел его до передачи Н.Соколову. Параллельно с этим расследованием следовательской работой занималась уголовная полиция под руководством А.Кирсты и военные власти. Все материалы, добытые этими независимыми друг от друга расследованиями, были потом также переданы в Феврале 1919 года Н.Соколову.

Большинство из названных в пресс-релизе «Сотби» вещественных, документальных доказательств было обнаружено следователем Иваном Александровичем Сергеевым и приобщено им к делу, в чем легко убедиться по книге того же Н.А.Соколова «Убийство Царской Семьи» (Париж, 1925) и сборнику Н.Росса «Гибель Царской Семьи» (Посев, 1987).

Это ничуть не умаляет заслуг Н.А.Соколова, которым была проведена с Февраля по Декабрь 1919 года громадная следственная работа на территории России, а с 1920 по 1924 год сначала в Китае, а затем в Европе, поскольку его никто не лишал официальных полномочий проведения следственных изысканий.

Сибирское коалиционное правительство, начавшее официальное расследование, а затем правительство Колчака, продолжившее его, располагали значительной частью Государственного золотого запаса Российской Империи. На эти средства опиралась вся военная и государственная деятельность этих правительств, в том числе и официальное расследование убийства Царской Семьи.

В начале 1920 года весь документальный следственный материал был вывезен Н.А.Соколовым в Европу при участии официального представителя Франции генерала Жанена. Они намеревались передать эти документы и часть вещественных доказательств бывшему Верховному Главнокомандующему Русской Армии Великому Князю Николаю Николаевичу, однако Тот распорядился, чтобы следственное дело было передано бывшему послу России во Франции М.Н.Гирсу, что и было сделано. Однако спустя некоторое время, Н.А.Соколов, найдя поддержку среди единомышленников и друзей, может быть в лице князя Николая Орлова или же американского миллионера Генри Форда, который поддерживал изыскания, раскрывающие деятельность тайного мiрового правительства, продолжил следственную работу, начатую в Сибири и на Урале. Правда, характер ее изменился, - теперь Н.А.Соколова интересовали дальние причины, приведшие к Екатеринбургскому злодеянию. Он ездил по Европе и с добровольного согласия допрашивал бывших деятелей Царской Государственной Думы и временного правительства, которые так или иначе были причастны к аресту Царской Семьи в Марте 1917 года и к содержанию Ее в царскосельском, тобольском и екатеринбургском заключении.

Им было допрошено более сотни лиц. К семи томам уральского следственного материала прибавилось еще семь томов этих допросов. В ходе второго этапа следствия весною 1922 года Н.А.Соколов после долгих переговоров вновь забрал подлинник следственного дела у М.Н.Гирса. Спустя некоторое время жилище Соколова было ограблено, и хотя в основном следственное дело было надежно спрятано, небольшая часть документов была похищена. Следователь усилил меры предосторожности и мужественно продолжал свою работу до последнего вдоха. 23 Ноября 1924 года Н.А.Соколов был найден мертвым в саду своего домика в городке Сальбри. Медицинское заключение констатировало смерть от разрыва сердца. Что произошло на самом деле, известно одному Богу.

В следующем году князь Н.Орлов выпустил книгу Н.Соколова «Убийство Царской Семьи» со своим кратким предисловием.

С тех пор о судьбе подлинника следственного дела, хранившегося у Н.Соколова или у его друзей, ничего известно не было [49].

Некоторые исследователи считали, что подлинник безвозвратно пропал. Случай в Царском Деле не единичный. Механизм заметания следов этого безпрецедентного преступления действует вот уже более 70-ти лет. Причем этот механизм включает в себя не только тайные, строго законспирированные действия, но и некие масштабные демонстративные акции, к числу которых относится и инспирированный большевицкий судебный процесс над «цареубийцами» в Перми в Сентябре 1919 года, и обнаружение Гелием Рябовым могильника с якобы Царскими останками, и нынешняя сенсационная шумиха вокруг распродажи подлинника следственного дела.

Для чего конкретно они устраиваются - вопрос сложнейший, на него окончательно сможет ответить лишь полное дорасследование Екатеринбургского злодеяния, но то, что этим акциям необходимо посильно противодействовать, насколько это возможно, разоблачать их провокационную природу еще до возбуждения законного дорасследования, об этом говорит сама совесть.

На основании того, что известно доподлинно о профессиональном и нравственном достоинстве Николая Алексеевича Соколова, можно твердо свидетельствовать, что он никогда не считал себя частным владельцем материалов следственного дела, которое он вел в 1919 году в России. Он продолжил следственную работу в Европе, поскольку не был официально отстранен от этой работы, и хотя он в этой работе, возможно, прибегал к финансовой поддержке частных лиц, что само по себе еще требует доказательств, он ни в коем случае не стал бы этим делом заниматься как частным расследованием, а потому эту поддержку он мог принять лишь как безвозмездное пожертвование...

Не являясь частным владельцем этих документов, Н.А.Соколов не мог их завещать во владение какому бы то ни было лицу. И если после смерти Н.А.Соколова следственные документы оказались в руках его приятеля, единомышленника или сподвижника князя Николая Орлова, это вовсе не означает того, что князь Н.Орлов стал из владельцем. Очевидно, они у него были как у хранителя этих документов.

Нам мало известно, что из себя представлял князь Н.Орлов, однако, если ему доверял Н.А.Соколов, мы не можем подозревать, что он после смерти следователя присвоил национальное достояние России. Не вяжется это с обликом человека, который имел мужество не анонимно, а взяв всю полноту ответственности на себя, после гибели Н.А.Соколова издать его книгу со своим предисловием. Что же касается его наследников - вопрос их чести и достоинства пока остается открытым.

Что же касается «графа Николая Орлова», якобы имевшего отношение к Царской Семье и к расследованию Ее убийства, его в природе не существует. Его изобрели, вероятно, в фирме «Сотби», чтобы «юридически» мотивировать легенду происхождения документов.

Можно предположить, что некое банковское хранилище, где все эти годы находились невостребованными документы следственного дела, вступило в преступный сговор с аукционной фирмой «Сотби», было подобрано подставное лицо - анонимная «наследница» мифического графа, которую лишь оповестили о существовании документов, и таким образом была создана видимость законности предстоящей сделки.

В Апреле этого (1990-го) года на Страстной Седмице аукцион состоялся, но коллекция документов, названная в пресс-релизе «архивом Соколова» продана не была, хотя стартовая цена была снижена до 150 тысяч фунтов стерлингов. Возможно, потенциальные покупатели усомнились в законности имущественных прав, заявленных фирмой «Сотби», однако можно предположить и другой трюк - желание распродать коллекцию документов на следующем аукционе в розницу! Можно ли это допустить?! Государственные документы громадной исторической ценности могут безвозвратно пропасть.

Мужественный российский патриот, бывший начальник Российского Имперского Союза-Ордена Н.Сахновский, проживающий в Аргентине, дважды - в 1969 и 1978 году - переиздавал книгу Н.А.Соколова «Убийство Царской Семьи», в своем предисловии к ней он писал о «Царском Деле»: «Эти документы являются национальным русским достоянием». Кто, имеющий остатки совести, может опровергнуть это? Кто может доказать противное?!

Конечно, было бы безумием побуждать российское общественное мнение, мiровую общественность требовать передать эти документы нынешним коммунистическим руководителям СССР, прямым наследникам Екатеринбургского преступления ведь именно они распорядились в 1977 году стереть с лица земли особняк Ипатьева, являвшийся одним из главнейших вещественных доказательств и общенациональной российской святыней - местом православного паломничества. Но это не означает, что безнаказанно можно присваивать то, что принадлежит многострадальному русскому народу.

До восстановления подлинной законности на Русской Земле эти документы могли бы храниться, например, у представителей Рода Романовых - живы ближайшие родственники Русского Царя-Мученика: жив сын Его сестры Великой Княгини Ольги Александровны, родной племянник Государя - Тихон Николаевич Куликовский-Романов (Т.Н.Куликовский-Романов скончался 8 Апреля 1993 года), внуки и правнуки Его сестры Великой Княгини Ксении Александровны. Очевидно, что российская патриотическая общественность могла бы апеллировать к международному праву с требованием передачи этих документов Им.

В конце концов, существуют же какие-то английские законы, по которым можно было бы требовать самозванных «собственников» к ответу?! Английский Король Георг V поклялся в 1918 году, что до тех пор, пока в России не будет восстановлена историческая справедливость относительно убийства Царской Семьи, никто из Британского Королевского Дома не вступит на Российскую землю, не восстановит полноценных отношений с властителями России. Неужели Королевский Дом во исполнение этой клятвы не может соблюсти историческую справедливость относительно убийства Царской Семьи на земле самой Англии? Ее Величество Королева Великобритании Елизавета II могла бы потребовать у Британских органов правосудия арестовать, до выяснения подлинных имущественных прав, это собрание документов.

Господь сотворил Свой мiр так, что торжество зла в нем не длится безконечно долго. Мне отмщение, Аз воздам (Рим. 12, 19)! И с упованием на это мы надеемся на неизбежное торжество справедливости и в деле об убийстве Царской Семьи. Наступит время, и придется Русскому Народу по всему свету собирать все утраченное, затерянное и разворованное, имеющее отношение к Царскому Делу. Г.Рябов в очерке «Принуждены вас расстрелять» между прочим рассказывает, что деревянная перегородка из комнаты, где убивали Царскую Семью, после Второй Мiровой войны каким-то образом оказалась в Англии. Он же мимоходом говорит о драгоценностях Государыни Императрицы, захваченных чекистами, которые, минуя советский Гохран, также оказались за границей. [50]

Сотрудник киногруппы фильма об убийстве Царской Семьи, который снимается по сценарию Г.Рябова, А.Б.Бойко недавно утверждал, что у самого Рябова в личном распоряжении находятся материалы, будто бы добытые из архивов КГБ, - автограф Великой Княжны Татианы Николаевны, забрызганный кровью; фотография одиннадцати трупов, которые якобы являются снимком тел Царственных Мучеников и Их слуг сразу после расстрела; кинохроника, запечатлевшая внутренности дома Ипатьева летом 1918 года и ряд других материалов. На мой вопрос, как эти подлинные документы оказались у Рябова, А.Б.Бойко почему-то ответил: «Гелий Трофимович - майор КГБ...».

Все вещи, связанные с Царской Семьей - не только святыни для каждого русского человека, но и предметы возможного криминалистического исследования, которые могут поведать экспертам о многом.

Все, что связано с Царской Семьей, безусловно является духовным достоянием Русского Народа. Все это должно быть выявлено и извлечено из мутного исторического потока, подвергнуто тщательному учету.

Всем причастным к разорению, когда наступит подобающее время, придется ответить перед законным Русским судом не только за снос величайшей святыни России, Русской Голгофы - дома Ипатьева, не только за махинации с неизвестно чьими останками, выдаваемыми за мощи Царственных Мучеников, но придется ответить за все беззаконие, что свершилось и совершается в России.

В Голландии бережно хранится дом Петра Великого. В Финляндии - охотничий домик, подаренный финскими рыбаками Императору Александру III. В Японии - окровавленные бинты, оставшиеся после покушения на жизнь Цесаревича Николая Александровича в 1891 году.

Что же у нас?

Известно, что до войны в Екатеринбурге в Ипатьевском доме была экспозиция с подлинной мебелью и личными предметами, посвященная последним дням жизни Царской Семьи. Где все это сейчас? Экспозиция, рассказывающая о Царском быте, была в Ливадийском дворце в Крыму. Что сталось с ней? Аналогичные музеи были в Александровском дворце Царского Села и в Новом дворце Петергофа. После войны их следы не прослеживаются ни в музейных каталогах, ни в работах ученых.

Что сталось с внутренним убранством царскосельского Феодоровского Государева Собора? Там хранились величайшие Православные святыни, горячо любимые Царственными Страстотерцами: древние чудотворные иконы, ковчежец с частицами Мощей Преподобного Серафима, мантия Саровского Святого. Известно, что Дневник 1917 года настоятеля этого собора отца Афанасия Беляева [51], спрятанный им в алтаре Собора, каким-то образом попал в ЦГАОР.

А куда подевались святыни из этого храма? До войны в Петергофе экспонировался Царский поезд, в котором Государь 2 Марта 1917 года подписал отречение от власти, вынужденное врагами России. Этот поезд - памятник Высочайшего Царственного Смирения. Опять-таки после войны следы этой реликвии теряются. [52]

Что стало с Царскими покоями в Кремле? Еще несколько лет назад, по свидетельству очевидца, там устраивались экскурсии для узкого круга доверенных лиц.

В конце семидесятых подвергся гонению даже дом Г.Е.Распутина в селе Покровском: часть его вывезли куда-то в Северный Казахстан, часть просто развалили, а наличники купил какой-то московский художник. Кстати, существует фотография Г.Т.Рябова, который присутствует при разрушении дома Распутина. А ведь этот дом также напрямую связан с Царской Семьей. Перед войной Они мечтали совершить паломничество на Урал и в Сибирь, побывать в Верхотурье, в Тобольске, заехать в Покровское. В мирное время не случилось. Когда Царя и Царицу весною 1918 года перевозили из Тобольска в Екатеринбург, они остановились в Покровском и меняли лошадей около этого дома [53].

Вся Россия была Державным Домом и стала местом упокоения Святых Царственных Мучеников: и за Россию придется держать ответ, за ее осквернение, за ее унижение. Это не будет месть. Нет. Государь завещал нам не мстить за Него и за себя. Но это будет правый суд памяти перед всем человечеством.

Если Богу будет угодно, видимо, первым вопросом на грядущем Всероссийском Церковно-Земском Соборе будет восстановление и утверждение правды о Царской Семье, об Их жизни и мученической кончине. Лишь после его разрешения на строго законном основании (ведь никто законно не отменял Законов Российской Империи), после очищения Дома Российского от скверны забвения и мерзости запустения можно будет сказать о подлинном возрождении нашей Отчизны.

Июнь 1990 года

Спустя три года

С начала 1991 года на новый виток пошла кампания с останками из Екатеринбургского могильника. Возмущенный нарушением Г.Т.Рябовым договоренности между участниками вскрытия могильника в 1979 году рассекретил себя его сообщник - доктор геологических наук А.Авдонин. В Апреле 1991 года он со своими помощниками провел еще одно частичное вскрытие могильника, якобы для того, чтобы удостовериться в сохранности его содержимого. А 11 Июля в Свердловском областном совете (в том самом Уралсовете, который приговорил к расстрелу Царскую Семью) А.Авдонин зарегистрировал фонд «Обретение», по уставу которого местные власти обязались передать фонду в безвозмездное и безналоговое пользование 15 квадратных километров Копятковского леса и территорию на Вознесенской горке, где некогда стоял особняк Ипатьева [54].

12 Июля при весьма странных обстоятельствах, при усиленной военной охране, во время проливного дождя начались «официальные» раскопки могильника. Ответственность за эту акцию взяла на себя местная администрация и областная прокуратура, которая возбудила дело по форме прокурорской проверки в связи с обнаружением неизвестно чьих останков со следами насильственной смерти.

Для работы по первичной систематизации извлеченных останков из Москвы был приглашен представитель Главного судебно-медицинского эксперта СССР, директора НИИ судебной медицины Минздрава СССР А.П.Громова, ведущий специалист страны в деле идентификации личности по костным останкам, доктор медицинских наук, профессор Виктор Николаевич Звягин.

В течение трех дней в конце Июля он тщательнейшим образом очищал объекты исследования от спекшейся глины (несмотря на то, что в раскопках участвовал археолог, они проводились с грубейшими нарушениями как археологических, так и криминалистических принципов ведения подобных работ), проводил предварительную сортировку, а после отправился в Москву для разработки плана и базовой подготовки к комплексной экспертизе.

Однако произошла трагикомедия с Августовским «путчем». К реальному управлению в стране пришли головные структуры РСФСР - прокуратура, органы внутренних дел и так далее. Насколько это совпадение было случайным, покажет будущее (хотя я уверен в существовании мистической и политической взаимосвязи различных этапов Царского Дела и эволюций нашей больной государственности), но если брать план чисто научный, чисто административный, то получается, что единственный в стране научно-исследовательский центр как «союзную» - нереспубликанскую структуру с этого момента, сначала вежливо, а потом и категорично стали устранять от ведения начатых было экспертиз. Свердловская областная прокуратура поручила руководить экспертизами кандидату медицинских наук, Главному эксперту судебной медицины РСФСР В.О.Плаксину.

Профессор В.Н.Звягин формально значился членом «плаксинской» экспертной комиссии, его даже пригласили в Екатеринбург в Апреле 1992 года для продолжения сотрудничества, но через день без каких-либо объяснений В.Плаксин через третьих лиц отстранил его от работы над останками. Принципиальность профессора В.Н.Звягина, строго научный подход к делу чем-то не устраивал руководство комиссии и, видимо, тех, кому оно подчинялось.

В чем суть дела, стало ясно два месяца спустя: от комиссии требовался срочный и обязательно положительный ответ, что обнаруженные останки принадлежат Царской Семье и Их приближенным. Именно такой, почти окончательный, вывод был заявлен на Июльской конференции 1992 года, которая проходила в Екатеринбурге. Об этом самоуверенно заявили сотрудники В.Плаксина, а их скоропалительно поддержал американский эксперт Вильям Мейплз которого также пригласили для работы (впрочем, спустя некоторое время, профессор Мейплз стал придерживаться более осторожных оценок). Однако на конференции было сказано, что необходимо провести еще ряд экспертиз, в том числе генетических, чтобы говорить об идентичности останков Царской Семье со стопроцентной уверенностью.

Несмотря на «обнадеживающие» сообщения из английского криминалистического центра в Олдермастоне, куда были в Сентябре 1992 года отвезены образцы для исследования сотрудником В.Плаксина кандидатом медицинских наук Павлом Ивановым, что-то это дело гладко не складывалось: экспертизы, организованные с грубейшими нарушениями процессуального порядка, сковывали решительность их участников. Одно дело - «академический» эксперимент, другое дело - следствие, хотя и в усеченной форме «прокурорской проверки».

И вот в первых числах декабря в СМИ появилось заявление от имени заместителя прокурора Свердловской области В.А.Волкова, что следствие по факту обнаружения могильника с останками погибших насильственной смертью прекращено за давностью события, превышающей 15 лет. А за несколько дней до этого - 28 Ноября 1992 года Свердловский малый совет областной администрации принял безпрецедентное решение о приватизации Екатеринбургских останков и всех следственных и экспертных материалов, связанных с ними (этакий очередной шажок к будущей «Уральской республике» образца 1993 года). Насколько взаимосвязаны заявления прокурора В.А.Волкова и демарш команды Э.Э.Росселя (главы Свердловской администрации) опять-таки в свое время проявится.

Тем временем инициатива с Урала стала перемещаться в Северную Пальмиру. В канун Старого Нового года - 13 Января 1993 - супруга мера Санкт-Петербурга Собчака Людмила Нарусова заявила, что новый благотворительный Мариинский фонд намерен осуществить захоронение Екатеринбургских останков в Петропавловском Соборе Санкт-Петербурга «по христианскому обряду» в день 75-й годовщины расстрела Царской Семьи. Кстати, сам фонд был зарегистрирован лишь в Марте 1993 года, однако мадам Нарусова уже в Январе организовала акцию для сбора средств на мраморную гробницу. [55]

И тут раздался спокойный голос правящего Владыки Санкт-Петербургской епархии Митрополита ИОАННА. В своем заявлении Его Высокопреосвященство резонно отметил, что характер организации экспертиз и их результаты не внушают доверия, поэтому столь категоричные безответственные заявления неуместны без учета мнения Русской Православной Церкви.

В те же дни с публичным протестом по поводу провокационной затеи выступил родной племянник Святого Царя-Мученика Николая - Тихон Николаевич Куликовский-Романов.

В связи с этим заявлениями инициативной группой, по благословению Его Высокопреосвященства Высокопреосвященнейшего Владыки ИОАННА, Митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского, был образован организационный комитет Научно-практической и богословской конференции «Государственная Легитимность» по проблемам дорасследования убийства Царской Семьи в свете криминалистики, государственного права, исторической истины и Евангельского вероучения. Оргкомитет возглавил выдающийся русский скульптор, большой патриот нашей Отчизны Вячеслав Михайлович Клыков, а в его рабочую группу вошли представители Пресс-службы Владыки ИОАННА К.Ю.Душенов, С.И.Астахов, вице-президент Международного Фонда Славянской Письменности и Культуры, кандидат биологических наук В.И.Большаков, член правления Русско-Сербского общества, журналист Л.Д.Симонович, историк и фотожурналист В.В.Архипов и ваш покорный слуга.

Конференция проводилась в Московском Славянском культурном центре 9-11 марта 1993 года. В ней приняли участие четверо священнослужителей - представителей Его Святейшества Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси АЛЕКСИЯ ВТОРОГО, духовенство различных епархий России, видные ученые, общественные деятели, писатели, журналисты, деятели отечественной культуры, представители Русского Зарубежья.

На открытии конференции было зачитано Архипастырское слово к участникам собрания Владыки ИОАННА и приветствие Тихона Николаевича Куликовского-Романова [56].

Почетными гостями конференции были дочь генерал-лейтенанта М.К.Дитерихса - 90-летняя Наталья Михайловна Дитерихс-Полуектова и старейший русский писатель, занимающийся исследованием Екатеринбургского преступления еще с начала 20-х годов, Олег Васильевич Волков.

Научное ядро конференции составили Вице-президент Международной академии судебной и социальной медицины, член-корреспондент Российской Академии медицинских наук, директор НИИ судебной медицины Минздрава РФ, профессор А.П.Громов, заведующий физико-техническим отделом НИИ судебной медицины, доктор медицинских наук, профессор В.Н.Звягин, заведующий кафедрой судебной медицины Санкт-Петербургской военной академии, член-корреспондент Петровской Академии наук и искусств, доктор медицинских наук, профессор, полковник В.Л.Попов, заведующий кафедрой стоматологии Санкт-Петербургского медицинского института, доктор медицинских наук, профессор В.Н.Трезубов, главный юрист Государственного Эрмитажа К.Б.Исаков, кандидат биологических наук В.И.Большаков, геолог А.М.Верховский.

Ученые, ради соблюдения академической объективности и создания атмосферы взаимопонимания, сразу же определили, что они не могут рассматривать политические аспекты Царского Дела, хотя и понимают всю остроту его именно в этой сфере. На специальном экспертном заседании был выработан документ, в котором давалась четкая характеристика всех недостатков и процессуальных злоупотреблений в проводившихся до той поры манипуляциях с Екатеринбургскими останками, предположительно принадлежащими Царской Семье.

При этом представители науки весьма высоко оценили первый шаг Русской Православной Церкви в направлении всестороннего разрешения этой общегосударственной проблемы.

Экспертная часть полностью поддержала резолюцию конференции, в которой говорилось о необходимости возбудить дорасследование убийства Царской Семьи на высшем государственном уровне России, а все требуемые экспертизы вести только в рамках официального, ответственного следствия, опираясь в первую очередь на отечественную научно-экспертную базу.

Все участники экспертной части вошли в образованную на конференции «Общественную комиссию по расследованию убийства Государя Императора Николая Второго и Его Семьи».

Это значительное событие в СМИ большого резонанса не имело. Краткие отчеты прошли по московскому и питерскому телевидению, были опубликованы в Санкт-Петербургских газетах различных направлений, в Москве откликнулись только церковные и патриотические издания: «Московский Церковный Вестник», «Русский Вестник», «Домострой», «Русский Собор», «День», «Русь Державная», «Советская Россия» и, пожалуй, все.

И все же после конференции произошла, поначалу малозаметная, но весьма глубокая подвижка в общественном российском сознании, благодаря которой безответственные заявления, вроде выступления Л.Нарусовой, стали восприниматься как авантюрные и провокационные. Уже в Марте стало ясно, что никакого пышного захоронения в Петропавловском Соборе 17 Июля 1993 года не произойдет.

8 Апреля в Россию пришла страшная весть. От внезапного обширного инфаркта почил в Бозе Тихон Николаевич Куликовский-Романов, осуществлявший высокое покровительство в деле утверждения на Русской Земле истины о Царской Семье, о Ее мученической кончине, в деле Всецерковного Прославления Святых Царственных Мучеников Дома Российского.

Вечная память верному сыну нашей Отчизны Тихону Николаевичу Куликовскому-Романову.

Мы не дерзаем думать, что наши человеческие маломощные усилия могут изменить политическую ситуацию в России с помощью конференций, патриотических съездов, шумных протестов. Видимо, Богу угодно, что приближается время спасительных перемен в нашей жизни, несмотря на явное ухудшение внешних черт нашей жизни. Пусть мало еще зримых признаков этих перемен, но они существенны для внимательного взора.

Иначе стали вести себя и официальные лица. Когда олдермастонские экспериментаторы потребовали сравнительный генетический материал - частицу останков Его Императорского Высочества Великого Князя Георгия Александровича - родного брата Царя-Мученика Николая (для этого требовалось вскрытие гробницы в Великокняжеской Усыпальнице Петропавловского Собора), директор музея «Петропавловская Крепость» категорически заявил, что без благословения Его Высокопреосвященства Высокопреосвященнейшего Владыки ИОАННА, Митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского, проводить эксгумацию он не позволит. И за таковым благословением к Владыке обратился аж Генеральный прокурор Российской Федерации. Об этом появились сообщения в СМИ.

Тогда, в Апреле нынешнего (1993-го) года, Степанков еще охотно выполнял распоряжения «екатеринбургского землячества», засевшего на всероссийском «олимпе». Это было до памятного инцидента на конституционном совещании, когда главному прокурору РФ съездили по физиономии.

Кстати, в Апреле было первое официальное гласное вмешательство в Царское Дело высших властей Российской Федерации. До этого они старались прикровенно манипулировать, «засвечивая» уровень официальности не выше областного Свердловского, поскольку даже Главный эксперт РФ В.О.Плаксин подчинялся в этом деле заместителю прокурора Свердловской области В.А.Волкову, а через него и главе местной администрации Э.Э.Росселю. Не правда ли, странный расклад?

Но тут Генеральный прокурор назначил вести это дело своего представителя - прокурора-криминалиста Генеральной Прокуратуры РФ В.Н.Соловьева. После раздора, возникшего между Генеральной прокуратурой и президентской командой, Степанкову, видимо, перестала нравиться роль марионетки в Царском Деле, и пока вопрос об эксгумации Великокняжеского праха, слава Богу, застопорился.

Но демократическая пресса, как ни в чем не бывало, продолжала и продолжает накачивать мыльный пузырь с олдермастонской экспертизой по методу геномной дактилоскопии, разработанному в 1985 году видным английским ученым Алексом Джеффрисом.

Сам А.Джеффрис, реалистично оценивая возможности разработанного им метода, еще в Январе 1993 года заявлял, что относится весьма осторожно к скороспелым выводам своих тщеславных учеников. [57] В середине Июля 1993 года они, однако, утверждали, что на 98,5% уверены, что имеют дело с подлинными останками Царской Семьи (в иных газетах процент округлили до 99-ти). Надо думать, что через пару месяцев мы услышим о 99,5 или 99,7% и так далее до дурной безконечности. Неугомонная Людмила Нарусова тут же заявила, правда, без прежней категоричности, что «екатеринбургские останки» будут хоронить ориентировочно 19 Декабря 1993 года - в день Святителя Николая Чудотворца и Тезоименитства Государя Императора Николая Александровича.

Что ж, поживем - увидим.

Среди этой шумихи и журналистской суеты, столь неуместной вокруг скорбного дня, прошло почти незамеченным действительно историческое событие. В канун семьдесят пятой годовщины Мученической кончины Святых Августейших Страстотерпцев Его Святейшество Святейший Патриарх Московский и Всея Руси АЛЕКСИЙ ВТОРОЙ в Соборе со Священным Синодом Русской Православной Церкви обратился к народу России с покаянным воззванием. Пройдут годы, и четче высветлится смысл и значение этого великого церковного деяния:

«Возлюбленные во Христе архипастыри, пастыри

и чада Церкви Русской!

С сугубой молитвой и с особой болью в сердце мы воспоминаем скорбную годовщину. Семьдесят пять лет назад, в ночь с 16 на 17 Июля 1918 года, была совершена беззаконная расправа над Императором Николаем II и Его Семьей. По приказу властей были лишены жизни люди, вся вина которых состояла в том, что они принадлежали к царствовавшей династии. Императорская Семья безропотно приняла выпавшие на ее долю страдания.

Узнав об убийстве Царской Семьи, Святитель Московский Тихон с церковного амвона свидетельствовал: «...На днях совершилось ужасное дело: расстрелян бывший Государь Император Николай Александрович... и высшее наше правительство - Исполнительный Комитет - одобрил это и признал законным. Но наша христианская совесть, руководясь Словом Божиим, не может согласиться с этим. Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто совершил его...»

Грех цареубийства, происшедшего при равнодушии граждан России, народом нашим не раскаян. Будучи преступлением и Божеского и человеческого закона, этот грех лежит тяжелейшим грузом на душе народа, на его нравственном самосознании.

И сегодня мы, от лица всей Церкви, от лица всех ее чад - усопших и ныне живущих - приносим перед Богом и людьми покаяние за этот грех. Прости нас, Господи!

Мы призываем к покаянию весь наш народ, всех чад его, независимо от их политических воззрений и взглядов на историю, независимо от их этнического происхождения, религиозной принадлежности, от их отношения к идее монархии и к личности последнего Российского Императора.

Какое бы место ни занимал в истории Император Николай II, убиение Его и Его Семьи остается страшным уроком истории. Урок этот учит нас тому, что тщетны попытки построить благо народа на крови. Начало русской истории было отмечено убиением святых страстотерпцев Бориса и Глеба, и не в сем ли грехе коренятся последовавшие за ним народные беды? В начале нашего века, решив строить жизнь по-новому, вожди страны снова начали с преступления. Вскоре после этого Россия утонула в крови, оказалась ослеплена жаждой насилия и безумием вражды.

Ныне отрекаясь от грехов прошлого, мы должны понять: благие цели должны достигаться достойными средствами. Созидая и обновляя жизнь народа, нельзя идти по пути беззакония и безнравственности. Совершая любое дело, даже самое доброе и полезное, нельзя приносить в жертву человеческую жизнь и свободу, чье-либо доброе имя, нравственные нормы и нормы закона.

Задачей Церкви является служение, направленное на внутреннее преображение народа Божия, на его нравственное совершенствование. Для этого нам, чадам одной Матери-Церкви, надо остро прочувствовать единство наше в Теле Христовом, члены Которого, будучи непохожи друг на друга, вместе суть одно (1 Кор., гл. 12). Покаяние в грехе, совершенном нашими предками, должно стать для нас еще одним знамением единства. Пусть нынешняя скорбная дата соединит нас в молитве с Русской Зарубежной Православной Церковью, возродить духовное общение с которой в верности духу Христову мы искренне стремимся. Пусть не нарушает мира церковного и неоднозначное отношение архипастырей, пастырей и мiрян наших к вопросу о канонизации Императора Николая II и Его Семьи. Призываем всех вас молиться, чтобы Церковь смогла вынести об этом суждение в духе соборного согласия, не уступая давлению суетных мiрских настроений. Тогда, и только тогда суждение это будет действительно выражением голоса Церковной Полноты, принесет пользу Церкви и Отечеству.

Мы призываем наши высокие гражданские власти возобновить детальное расследование убийства Императора Николая II, Его Семьи, членов Императорской Фамилии и Их родственников. Руководить таким дорасследованием должна авторитетная и полномочная комиссия, в которую могут войти представители Церковного Священноначалия, органов высшей государственной власти, ученого мiра, церковной и светской общественности. Комиссии этой необходимо рассмотреть все аспекты екатеринбургского преступления - нравственные, правовые, политические. Это нужно не только для установления исторической истины, но и для того, чтобы государственная власть законодательно осудила совершенное злодеяние, восстановив тем самым преемство своей верности закону и нравственности.

Всем нам да дарует Бог быть ревностными в стремлении исполнить заповедь Его: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48). Пусть все дела, слова, помышления наши будут достойны нашего христианского звания. И да не посрамят они нас пред лицом Господа, Который будет судить вселенную по правде, и народы - по истине Своей (Пс. 95, 13).

Патриарх Московский и Всея Руси АЛЕКСИЙ II

ЧЛЕНЫ СВЯЩЕННОГО СИНОДА

Митрополит Киевский и Всея Украины ВЛАДИМIР

Патриарший Экзарх Всея Белоруси, Митрополит Минский и Слуцкий ФИЛАРЕТ

Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский ИОАНН

Митрополит Крутицкий и Коломенский ЮВЕНАЛИЙ

Председатель отдела внешних церковных сношений, Митрополит Смоленский и Калининградский КИРИЛЛ

Митрополит Оренбургский и Бузулукский ЛЕОНТИЙ

Архиепископ Калужский и Боровский КЛИМЕНТ

Епископ Тверской и Кашинский ВИКТОР

Епископ Таллинский и Эстонский КОРНИЛИЙ

Епископ Владимiрский и Суздальский ЕВЛОГИЙ

Епископ Чимкентский и Целиноградский ЕЛЕВФЕРИЙ

16 Июля 1993 года, Москва

Чудесным образом многолетние чаяния глубины сердечной нескольких поколений россиян вдруг обрели ясное звучание.

Суеты, мелочной борьбы, временного уныния - всего этого будет еще немало на пути к возрождению России, но теперь уже ясным образом обозначен предел, дальше которого Россия уже не отступит к пропасти беззакония. Этот предел - непреложное Слово Церкви.

Кто первым услышит голос Русской Православной Церкви? Нынешние ли чересчур разветвившиеся власти, или те «неведомые мiру люди, которых призовет Господь восстановить попранное», по воле Божией могущие в любой момент сменить временщиков? Гадать не будем. Посмотрим лишь на доступный нашему мiрскому разумению, плотскому взору путь возможного споспешествования воле Господней.

Что можно сделать уже сегодня? Попробуем нарисовать схему-перспективу тех направлений, в которые стоило бы устремлять конкретные усилия, чтобы Высокое Церковное Деяние обрело плоть Общегражданского Действия.

Может быть, имеет смысл каким-то образом побудить, допустим, Верховный Совет Российской Федерации, или Генеральную Прокуратуру, или Конституционный суд, или Совет Министров к инициативе сделать хотя бы первый, пусть малый и незначительный шаг к восстановлению исторической справедливости. Уже несколько лет действует Закон о реабилитации незаконно репрессированных граждан России. Необходима скорейшая реабилитация Царской Семьи по этому закону.

Святым Царственным Мученикам, Их ныне здравствующим родственникам, конечно, этого не нужно. Это нужно нам - простым русским людям, вынужденным жить по нынешним несовершенным законам. Этот акт о реабилитации, проведенный через Верховный Совет РФ, обязательно должен содержать формулировку, что 17 Июля 1918 года в Екатеринбурге была совершена не судебная ошибка, но безпрецедентное преступление, которое было беззаконно признано «законным» актом тогдашними центральными властями РСФСР. Верховный Совет полномочен дать такую исключительную формулировку в законодательном акте о реабилитации Царской Семьи и Их верных слуг.

На основании этого акта перед Верховным Советом или Съездом народных депутатов должна быть заявлена следующая инициатива, опять-таки безразлично от кого исходящая, от президента, если он на такое способен, или же от какой-то иной ветви верховной власти, о необходимости принятия специального Закона о возбуждении расследования этого безпрецедентного преступления, повлекшего катастрофические последствия для всей последующей жизни России, вплоть до дня нынешнего.

Этот специальный, исключительный по своей природе, Закон должен включать целый ряд статей, во всей полноте обезпечивающих гарантии доведения такого расследования до полного завершения.

Первой из таких статей Закона должна быть статья, регламентирующая создание полномочной и ответственной Государственной комиссии по расследованию Екатеринбургского преступления, в которую, как об этом справедливо говорится в Синодальном Послании, необходимо должны войти представители высших властей Русской Православной Церкви и общественных организаций, выражающих национальные интересы народов России.

В другой статье Закона должно содержаться утверждение, обязывающее официальные органы всех уровней Российской Федерации оказывать работе этой Государственной комиссии и ведению расследования исключительную помощь и поддержку. Эта статья должна содержать обязательное условие конкретно оговоренной уголовной ответственности тех лиц, которые будут противодействовать расследованию или же саботировать его с использованием своего служебного положения и неофициального, негласного влияния.

В следующей статье Закона должен содержаться акт, который полностью рассекречивал бы всю государственную документацию, начиная с последних чисел Февраля 1917 года по нынешнее время, имеющую прямое или косвенное отношение к преступлению и его расследованию, без учета недавних законодательных актов, предусматривающих длительные сроки, ограничивающие рассекречивание тайной документации.

В этом Законе должна быть статья о создании специального Государственного информационного архивного центра, в котором в обязательном порядке была бы сосредоточена вся документация, имеющая прямое или косвенное отношение к расследованию убийства Царской Семьи, членов Императорской Фамилии и Их родственников, из всех архивных хранилищ и прочих государственных учреждений России.

Безусловно, это расследование должно включать в себя изучение всех обстоятельств, связанных с циничной кампанией, начатой Г.Т.Рябовым и его многочисленными сообщниками в связи с различными беззаконными действиями вокруг Екатеринбургского могильника. В первую очередь расследование убийства Царской Семьи должно ставить своей целью не столько наказание участников и соучастников этого безпрецедентного преступления, сколько законодательное свидетельствование на высшем государственном уровне истины об этом злодеянии и его последствиях перед всем мiром. «Не мстите», - завещал нам Сам Царь-Искупитель Николай Александрович.

Необходимо пробуждение всенародных сил для начинания такого великого дела. Только на пути деятельного покаяния будет избыт в наших умах и сердцах дурман и морок пока еще торжествующего беззакония. Как ни ущербны ныне действующие гласные законы, в них все же содержится, пусть пока в декларативной форме, здравое зерно справедливости, тусклый отблеск заповедей Священного Писания: осуждается убийство, воровство, клевета, подкуп. Этим пусть несовершенным, но имеющимся в наличии инструментом мы постараемся начать дело восстановления справедливости.

С Божией помощью, покаянием и бдительностью мы победим. Надо просыпаться от дурмана, от губительной спячки. К бодрствованию зовет колокол Церкви. Слышен благовест Царя-Колокола - Святого Благоверного Царя-Мученика НИКОЛАЯ. Он зовет нас к молитве.

Январь - Сентябрь 1993 года


ПРИМЕЧАНИЯ

Многие части этого материала публиковались в различных российских и эмигрантских изданиях в 1990-1993 годах. Полностью материал был впервые издан в книге: Леонид Болотин Царское Дело. Материалы к расследованию убийства Царской Семьи. М., 1996, с. 3-55, 239-272. Материал публикуется в редакции 1998 года, подготовленной для неосуществленного переиздания книги.

1. Недавно в издательстве Свято-Троицкой Сергиевой Лавры вышла интересная книга, составленная писателем Сергеем Фоминым, «Россия перед Вторым Пришествием», в которой на сегодняшний день с наибольшей полнотой собраны пророчества Святых о возрождении Русского Православного Царства. Среди них содержится и это загадочное пророчество Преподобного Серафима: «А колокол-то Московский, который стоит на земле у колокольни Ивана Великого, он сам к вам (в Дивеево. - Л.Б.) придет и так загудит, что вы пробудитесь, и вся вселенная услышит и удивится». «Россия перед Вторым Пришествием» М., 1993 г., с. 333; цитируется по книге Нилуса С.А. «Близ есть при дверех», СПб, 1911 г., с. 55.

2. Редактор и издатель сборника «Царь-Колоколъ» предпочитал соблюдать анонимность, которую я не считаю нужным пока раскрывать.

3. За 1990-92 годы книга академика В.И.Даля «Записка о ритуальных убийствах» небольшими тиражами несколько раз репринтно переиздавалась или же ксерокопировалась с дореволюционного издания (СПб., Т-ва А.С.Суворина - «Новое время», 1913 г.). Это были неофициальные переиздания без указания современных выходных данных. Распространение этой книги незаконно подвергалось запретительным санкциям со стороны городских властей Ленинграда (Санкт-Петербурга) и Москвы. В 1992 году она была официально переиздана в № 9 Православного вестника «Сергiев Посадъ».

4. Роль так называемых ритуальных убийств в «нетрадиционных методах» воздействия на общественное сознание хорошо понимали и видели дореволюционные русские патриоты. В качестве иллюстрации приведем письмо Георгия Бутми, написанное вскоре после знаменитого ритуального убийства отрока Андрея Ющинского. Это письмо хранится в ЦГАОРе (ф. 623, оп. 1, е.х. 35). Оно адресовано неизвестному нам единомышленнику Г.Бутми.

«СПб, Александровский пр., 21

25 Апреля 1911 г.

Поручение Ваше исполнено. Ни в каком случае не допускайте погрома. Не только Киевские, но и Парижские и Франкфуртские руководители жидовства не пожалеют средств, чтобы вызвать хотя бы маленький погромчик и тем отвлечь внимание от несомненного факта ритуального убийства. Да и нашим покровителям жидов будет дан повод утверждать, что Киевские черносотенцы сами убили мальчика, подделываясь под ритуальное убийство, с единственной целью вызвать погром. - Нет, на этот раз надо, скрепя сердце, стерпеть жидовское надругательство, но иметь неусыпное наблюдение за ходом следствия, и, если есть, Многоуважаемый Георгий Епифанович, среди союзников охотники до розыска, вести частный розыск убийц, и весь добываемый частным розыском материал направлять в «Земщину».

Будьте здоровы. Жму Вашу руку

Г.Бутми»Автор письма как в воду глядел. Одной из самых ходовых версий, насаждаемых либеральной прессой, была - версия о провокации самих черносотенцев. Однако надо отметить, что грамотными усилиями патриотов ни убийство Андрея Ющинского, ни убийство в Сентябре того же года Петра Столыпина не повлекли за собой неистовства народной толпы.

5. Наличие агентов влияния и тщательно внедренных провокаторов в современном православно-патриотическом движении - тема, требующая особого рассмотрения и анализа, который должен включать сопоставление аналогичных явлений в дореволюционном и эмигрантском православно-монархическом движении. Насколько эта проблема серьезна, свидетельствует книга Б.Прянишникова «Незримая паутина», рассматривающая лишь один из аспектов проблемы (это интереснейшее исследование вторым изданием без указания города - известно лишь, что в США - вышло в 1979 году).Не вдаваясь в подробности этой темы, отметим лишь то, что отличительным признаком этого тайнодействия, его плодом является насаждение грубого крайнего радикализма, который добрые и правильные начинания, здоровые тенденции доводит до абсурда и способствует превращению православно-патриотического монархического движения в удобную мишень для нападок противной стороны.

В результате этого действия множатся расколы, отсекаются от движения умеренные здравомыслящие творческие силы. Возрожденческое движение лишается перспективы стать цельным и массовым. Противная сторона, сравнивая православно-патриотическое движение с туберкулезным очагом, с помощью отработанных приемов «капсулирует» эти «очаги», способствует их «известкованию». Главные свои усилия они направляют на торможение скорейшего всецерковного прославления Святых Царственных Мучеников и возбуждения ответственного дорасследования Екатеринбургского злодеяния на высшем государственном уровне Российских властей.

6. Усилия стародавних смутьянов принесли свой злой плод спустя много лет. Когда в Январе 1991 года в Казанском Соборе Санкт-Петербурга были вторично обретены святые мощи Преподобного Серафима Саровского, в части церковного народа прошел устойчивый слух, что мощи не подлинные или, по крайней мере, это мощи какого-то безвестного Угодника Божия, выданные в «пропагандистских» целях за цельбоносные останки Саровского чудотворца. Даже подробная публикация в церковной печати синодального протокола обретения Мощей, явное небесное знамение - зимняя гроза в день обретения в Москве и Санкт-Петербурге - долгое время не могли преодолеть это поветрие.

Преподобне отче Серафиме, моли Бога о нас, грешных.

7. К сожалению, сейчас мы располагаем лишь самиздатовской копией статьи В.Криворотова «Тело Христа», поэтому не можем дать точную отсылку на публикацию.

Провокационные поиски «могилы с останками Христа» имеют давнюю историю. Одна из таких провокаций XIX века описана в «эзотерической» книге английских журналистов Micael Baigent, Richard Leigh, Henri Lincoln «The Holy Blood and the Holy Grail» London, 1982, которая через одиннадцать лет была издана на русском языке, почему-то в переводе с французского, - М.Байджент, Р.Лей, Г.Линкольн «Священная загадка» (СПб., 1993 г.).

«В то же самое время (около 1890 г. - Л.Б.) из Святой Земли возвращается некий путешественник и присоединяется к группе своих друзей по оккультным наукам. Это Жозефен Пеладан, ученик Папюса и Клода Дебюсси, которым он объявляет великую новость: да, речь идет ни о чем ином, как о могиле Христа, которую он нашел не на традиционном месте Гроба Господня, а под мечетью Омара (то есть на месте фундамента храма Соломона. - Л.Б.), старинной частью чужой территории, отданной ранее тамплиерам. Необыкновенное, величайшее открытие, восторгается его автор. В другое время «оно бы потрясло католический мiр до самого основания» (Luisie-Smith, E., Symbolist Art, Londrec, 1977, p. 110. О жизни Пеладана и его кружка см. Pincus-Witten, R., Occult Simbolism in Franse: Josephin Peladan and the Salons de la Rose-Crouix, Londres, 1976). Но как и по каким критериям была идентифицирована могила Иисуса, и чем ее существование было способно до такой степени поколебать католические догматы? Будет ли связано это открытие с главным разоблачением, касающемся жизни всемогущего Ватикана? Ни путешественник, ни его друзья не соизволили объясниться по этому поводу, а Пеладан, являясь добрым католиком, не давая никаких подробностей, много раз обращает внимание своего окружения на смертность Иисуса» (с. 103, 325, 348, 349).

О современных искателях «тела Христа», возможно, сотрудничающих с профессором Гаазом, английские журналисты пишут более туманно: «...В 1972 г. появляется «Потерянное сокровище Иерусалима?», первый из трех наших фильмов... Сразу же нас захлестнул поток писем....Одно из этих писем, автор которого - английский священник на пенсии - просил нас его не публиковать, привлекло наше внимание авторитетной категоричной манерой суждения без всякой заботы о достоверности. Сокровище, утверждает он априори, не содержит ни золота, ни драгоценных камней; оно содержит формальное доказательство того, что Распятия на Кресте не было и что Иисус в 45 году нашей эры был еще жив... Нелепость этого утверждения требовала пояснения; на конверте был указан адрес, и мы отправились по этому адресу. Представший перед нами собеседник показался нам нерешительным и как бы смущенным из-за того, что написал нам. Он отказался как-либо прокомментировать свой намек на «формальное доказательство», и мы с большим трудом получили от него скудное доказательство к имевшейся у нас информации: это доказательство или, по крайней мере его существование, выдал ему другой священник, Кэнон Альфельд Лесли Лиллей. Умерший в 1940 году, Лиллей был признанным писателем, поддерживающим всю свою жизнь тесные контакты с Модернистским Католическим Движением, которое располагалось сначала в Сен-Сюльпис; в молодости он работал в Париже, где у него завязались отношения с Эмилем Оффе. Таким образом, круг замкнулся; если существует хоть одна ниточка, протянутая между Лиллеем и Оффе, то не стоит сразу отвергать утверждение священника» (с. 16-17).

Не правда ли, странная логика и система доказательств?! Сама по себе эта «загадочная» книга, представляющая из себя этакое антиевангелие от антихриста, требует специального разбора и оценки. Здесь же относительно нее стоит добавить, что она является наглядным образчиком элемента мифологического оружия массового поражения.

8. Мистагог - тайноучитель. В газетных публикациях 1992-93 годов рассказывается, что заключение экспертов о датировке Туринской Плащаницы было неверным, но на этих публикациях не было сконцентрировано внимание потребителей СМИ. Среди последних публикаций такого характера в качестве примера можно привести статью Мишеля Легри «Испытание Плащаницей» из парижского издания «Экспресс», перевод которой опубликован в № 35 от 27 Августа - 2 Сентября 1993 года еженедельника «За рубежом» (с. 18).Там, в частности, говорится, что ученые Международного центра изучения Туринской Плащаницы «считают, что эксперименты были проведены некорректно. Центр второй раз собрал в Июне этого года симпозиум в Риме и получил неожиданную поддержку со стороны российского ученого Дмитрия Кузнецова. Он работает в лаборатории физико-химических исследований в Москве и считает, что датировка, произведенная в 1988 году, должна быть пересмотрена и откорректирована... Во Франции один из ответственных представителей упомянутого центра, Арно-Аарон Упински, опубликовал две работы: «Наука перед испытанием Плащаницей» и «Дело о подделке Плащаницы». Автор, математик и эпистемолог, отрицает наличие у него какого-либо религиозного подхода. «Для меня речь идет о том, чтобы провести расследование и анализ подлинности объекта - Плащаницы - с максимально возможной строгостью, невзирая на последствия... Если подходить к Плащанице из Турина с методами полицейского расследования, единственным выводом будет - Плащаница покрывала тело Иисуса из Назарета»... Он надеется доказать ее аутентичность.В свою очередь, в дело включился профессор медицины Жером Лежен. Он генетик, убежденный католик, член папской Академии наук... Монах-бенедиктинец, Р.П.Дюбарль обратил его внимание на четыре странных рисунка в кодексе Прея, находящемся в библиотеке Будапешта... Внутри представлена сцена Положения во Гроб. «Автор, - считает Жером Лежен, - без сомнения, имел перед глазами Плащаницу и вдохновлялся ею». Между тем эта работа датируется 1192-1195 годами, что значительно раньше времени (между 1260 и 1390 годами. - Л.Б.), установленного Британским музеем... Исследования НАСА выявили, что изображение Распятого не произведение художника и не следствие контакта (Тела) с тканью. Каким же образом оно появилось? Необъяснимо. До сих пор не существует технологии, позволяющей воспроизвести аналогичный феномен».Однако эти действительно сенсационные разоблачения «независимых» экспертиз 1988 года, проведенных по инициативе Британского музея, проходят тихо, без освещения в массовых изданиях и в информационных программах телевидения и радио. Весь этот католический сыр-бор возник из-за неприятия секуляризированной наукой Западной Европы культурного массива Восточной Римской Империи.

Еще в VIII веке от Рождества Христова Святой Иоанн Дамаскин в трактате, обличающем иконоборческую ересь «Третье защитительное слово против отвергающих святые иконы» говорит: 

«Второй вид (поклонения) - когда мы поклоняемся тварным вещам, через которые и в которых Бог совершил наше спасение или до пришествия Господа, или после Его домостроительства во плоти, как, например, гора Синай, Назарет, Вифлеемские Ясли, Святая Голгофа, Древо Креста, Гвозди, Губка, Трость, священное и спасительное Копие, Одежда, Хитон, Плащаница, Пелены, Святой Гроб - источник нашего воскресения, Камень Гробный, Святая гора Сион, затем гора Масличная, Овчие ворота, блаженный Гефсиманский сад, - это и подобное чту и поклоняюсь...» («Полное собрание сочинений Святого Иоанна Дамаскина». Т. 1. СПб., 1913, с. 407).

Летописец Четвертого крестового похода (1202 год) Роберт де Клари рассказывает, что во Влахернском храме Божией Матери Плащаницу выносили по Пятницам и что на ней «можно было ясно видеть Лик Господень». А когда в 1204 году крестоносцы разгромили Константинополь, то Плащаница «исчезла так, что никто не знал, что с ней сталось».

Теперь становится очевидным, что святая Плащаница была привезена крестоносцами в Европу. Долгое время она хранилась во Франции как частная собственность. С XV века святая Плащаница стала собственностью герцогов Савойских, а в конце XVII века она была перевезена ими в Италию, город Турин, где она находится и поныне в часовне, в стеклянном ящике.Эти и другие сведения о Святой Плащанице добрый читатель может почерпнуть из книги «Закон Божий для семьи и школы» протоиерея Серафима Слободского, многократно издававшейся Русской Зарубежной Церковью, а начиная с 1990 года ежегодно эта книга репринтно переиздавалась в России. В ней о Святой Плащанице можно прочитать на страницах 521-529.

9. Журналистам хорошо памятно, как тщательно подбирались материалы в Апрельские номера журналов, будь то «Мурзилка», «Кругозор», «Уголь» или «Военно-медицинский журнал». Пуще огня боялись случайных аллюзий, тем более самым тщательным образом прослеживались все возможные ассоциативные нити, могущие иметь отношение к очередной годовщине вождя.О том, что эта пропагандистская акция была спланирована заранее и носила не только внутренний, российский, но и транснациональный характер, свидетельствует признание итальянской журналистки Мариолины Дориа де Дзулиани в послесловии и предисловии к ее книге «Царская Семья. Последний акт трагедии», изданной в Москве в 1991 году.

«Написание этой книги стало возможным благодаря моим беседам с Эдвардом Радзинским, известнейшим советским драматургом и историком-архивистом. Радзинскому удалось проникнуть в некоторые, пока что недоступные для иностранцев, архивы, и он предоставил мне собранный им богатый материал. Приношу благодарность историку Генриху Иоффе, большому знатоку «дела Романовых». Светлая память недавно скончавшемуся Натану Эйдельману. Его книги, посвященные XVIII и XIX векам, и его исключительный дар рассказчика навсегда останутся в моей памяти» (с. 194).

«Эта книга является продолжением нескольких моих статей, опубликованных в 1989 году в миланской газете «Иль Джорнале», которой руководит Индро Монтанелли. Тогда мiр впервые узнал о том, что были обнаружены останки Романовых... На самом деле, сенсационная находка имела место еще десять лет назад, в далеком 1979 году: поэтому хотелось бы выяснить, по каким причинам или, вернее, во исполнение какого загадочного приказа «сверху» столь важную новость решили сообщить с таким поразительным опозданием. Следовало также объяснить читателям, почему эту новость решено было вначале обнародовать на Западе - с моей помощью, - и почему первая советская публикация на эту тему (в форме интервью в газете «Московские новости») появилась 12 Апреля 1989 года, одновременно с последней моей статьей в газете «Иль Джорнале». Целый ряд вопросов; но всем им, по-видимому, суждено остаться без ответа» (с. 3). (Слова в цитатах выделены мной. - Л.Б.) Все это требует специального разбирательства, исследования и систематизации.

10. Его Преподобие, конечно же, имел в виду не еврейский народ, не племя, употребляя поганое слово «жиды», но говорил об интернациональных наследниках Каина, Хама, Иуды Искариота, Агасфера. Батюшка подразумевал служителей фаллического культа - культа богомерзкого «жида», то есть звериного члена, Вавилонского Столпа, Вечного Жида, который так именовался в древнем халдейском наречии. Употребляется это слово в значении звериного члена и в некоторых трактатах Талмуда. В книге американского гебраиста Allen'а Edwardes'а «Erotica Judaica» (New York, 1967) есть ссылка на талмудический трактат «Тохарот. Ниддах»: «Никогда не прикасайся к жиду» (с. 126). Аллен Эдвардс переводит этот термин редким английским словом «пизл», которое можно найти только в самом большом словаре Вебстера: оно означает половой член животного (Г.Климов «Протоколы советских мудрецов». М., 1991, с. 158).Как отметил филолог и журналист Л.Д.Симóнович, западно-европейский вариант корня «jud» - «джюд» или «юд» - созвучен с церковно-славянским словом «оудъ» - «член тела», которое в некоторых житиях Святых употребляется при определении половых органов, например - «тайные уды» в житии Блаженного Иоанна Московского (Большой Колпак). Таким образом, имея среди духовных чад немало православных евреев, благочестивый отец, употребляя в церковном значении слово «жид», не боится за это словоупотребление прослыть у них «антисемитом».11. «Родина» № 4, 1989 г., с. 87.

12. «Справочник Союза кинематографистов СССР», изданный в Москве в 1986 году, на 165 странице удостоверяет, что наш герой является членом этой организации: «Рябов Гелий Трофимович, кинодраматург. 125581, Москва, Фестивальная, 22, корп. 6, кв. 670. Тел. 456-08-11».

13. Н.А.Соколов «Убийство Царской Семьи», Буэнос-Айрес, 1978.

14. В № 1 журнала «Родина» за 1993 год, целиком посвященном 380-летию воцарения династии Романовых на Российском Престоле, факсимильно воспроизводятся записка Ю.В.Андропова о доме Ипатьева и решение политбюро о его сносе с поименным голосованием. М.А.Суслов отсутствовал на этом заседании - был в отпуске. Записка Ю.В.Андропова датируется 26 Июля 1975 года, протокол заседания политбюро - 30 Июля. Но варварская акция по сносу дома была осуществлена лишь через два года. Вероятно, это решение не было окончательным. Возникли какие-то веские доводы против этой акции. Кто же способствовал разрушению тех доводов? («Родина», № 1, 1993, с. 187).

15. Подпись Л.И.Брежнева также отсутствует на документе 1975 года, на заседании не было и других членов политбюро: В.В.Гришина, А.А.Громыко, К.Т.Мазурова и Н.В.Подгорного. Публикация этих секретных листков сама по себе представляет ловкий трюк: для громадного большинства читателей эти бумаги представляются тем самым «историческим» решением, которое определило судьбу дома Ипатьева. Однако, исходя из здравого смысла, совершенно очевидно, что в Августе 1977 года было еще одно решение политбюро, которое несомненно было документально зафиксировано. Эти документы до сих пор почему-то хранятся в строжайшем секрете.

16. Рижская газета «Советская молодежь» от 4 Января 1990 года. «42 вопроса Борису Ельцину».

17. Там же.

Автор книги «Убийство Царской Семьи» Олег Анатольевич Платонов на вечере, посвященном экспертизе предполагаемых останков Царской Семьи, который проходил в Доме ученых 9 Апреля 1993 года, на вопрос из зала: «По чьей инициативе был снесен в Сентябре 1977 года дом Ипатьева?» - категорически ответил: «По инициативе Бориса Николаевича Ельцина».

Видимо, среди собравшихся было немало сторонников президента Российской Федерации, и по залу прошла волна возмущенных реплик, недовольный гул, на что писатель спокойно ответил, что во время его продолжительной поездки в Свердловск (Екатеринбург) в 1990 году он встречался со многими бывшими высокопоставленными работниками Свердловского обкома, сотрудниками первого секретаря Б.Н.Ельцина, которые категорично утверждали, что первоначальная инициатива исходила от него. Самый молодой из первых секретарей обкомов, он старался отличиться перед высшим партийным руководством. Инициативное предложение было рассмотрено и одобрено «наверху».

О.А.Платонов добавил, что существуют документы, свидетельствующие об этом, копии которых хранились в особой папке Свердловского партархива, посвященной убийству Царской Семьи и судьбе дома Ипатьева. Доступ к этой коллекции документов имел крайне ограниченный круг лиц. По заведенному порядку с этим собранием обязательно знакомился при вступлении в должность каждый новый первый секретарь Свердловского обкома. Однако, в связи с переводом Б.Н.Ельцина в Москву, туда же была отправлена и эта особая папка.О существовании секретной папки я слышал от ряда лиц, заслуживающих доверия. Однако они рассказывали мне о ней с глазу на глаз. Поэтому я не вправе ссылаться на конкретные фамилии. Публичное заявление о существовании этого секретного собрания документов было сделано О.А.Платоновым, что мне позволяет ссылаться на него. О.А.Платонов отметил, что эти подробности он включил в свою книгу «Убийство Царской Семьи», вышедшую в издательстве «Советская Россия» в 1991 году. Однако на заключительном этапе выхода в свет (а книга была подписана в печать 10 Октября) этот пассаж был изъят из окончательного текста. Видимо, здесь сыграли свою роль августовские события, утвердившие власть Б.Н.Ельцина.

Впрочем, кое-что об этих секретных документах просочилось в оппозиционную печать. С.Турченко в статье «И кое-что остается...» сообщает перечень особо засекреченных документов:

«Записка в ЦК КПСС о сносе особняка Ипатьева в Свердловске», «О тов. Ельцине Б.Н. (поездка в Великобританию, Италию, Испанию). Протокол заседания ЦК КПСС от 24.04.90 г.», «О досрочном откомандировании советских работников из-за границы за нарушение норм поведения». А также всевозможные записки в ЦК КПСС о Сахарове, Ростроповиче, Гинзбурге и других...» («Советская Россия» № 47, 22 Апреля 1993 года. Слова в цитате выделены мной. - Л.Б.).О существовании секретных папок у Б.Н.Ельцина пишет А.Коржаков в своей книге «Борис Ельцин: От рассвета до заката» (М., 1997).

18. «Родина» № 4, 1989 г., с. 87.

19. Там же.

20. Аналогичную версию о роли министра внутренних дел Щелокова в деле о сносе дома Ипатьева излагает и О.А.Платонов:

«В 70-е годы в ЦК поднимается вопрос о судьбе Ипатьевского дома. Занимается им сам Суслов. В Свердловск командируется министр внутренних дел Щелоков, он осматривает дом, поднимает материалы об убийстве, хранящиеся в областном архиве. Политбюро издает секретное постановление о сносе. Подчеркивается, что к 60-летию убийства около дома могут быть демонстрации. В общем, убийство памяти - снос дома Ипатьева - осуществляется за несколько дней, в Сентябре 1977 года (Сообщение краеведа И.В.Бизина). Место сноса заваливается камнями и щебенкой. По мнению старожилов, это делается для того, чтобы постепенно засыпать место убийства, до неузнаваемости изменив само окружающее пространство... Перед нами показатель того, что идеология убийства и ненависти к российским святыням по-прежнему жива» (О.Платонов «Убийство Царской Семьи». М., 1991, с. 185-186, 190).

В книге В.В.Алексеева «Гибель Царской Семьи: мифы и реальность» (Екатеринбург, 1993) приводятся следующие признания А.Н.Авдонина, адресованные прокурору Свердловской области В.И.Туйкову от 8 Августа 1991 года:«В одной из бесед с Геннадием Николаевичем Лисиным в 60-х годах, а ему в то время было около 80 лет, он сообщил мне примерные ориентиры места, где сжигали останки Семьи Николая II. Об этом он знал с того времени, когда помогал следователю Соколову в 1919 году в поисках места захоронения Романовых... В середине 60-х годов мне от знакомых попались материалы из архива академика Н.Д.Зелинского, в которых содержались сведения об обстоятельствах расстрела Романовых в Ипатьевском доме. Они у меня имеются... Примерно в 1976 году в Свердловск приехал Гелий Рябов. До этого я с ним знаком не был. Познакомились мы с ним при следующих обстоятельствах. Я хорошо знал Корлыханова Ивана Степановича, работника Чкаловского РК КПСС. В момент приезда Рябова он был начальником политотдела УВД Свердловскоблисполкома... Он и познакомил меня с Рябовым... Он спросил, знаю ли я место захоронения семьи Романовых. Я ему сказал, что предположения у меня есть, но требуются архивные материалы. Он пообещал мне помочь в этом вопросе, попросил меня никому об этом не говорить, сказал, что ничего бояться не надо, так как будем работать под эгидой Щелокова.Я привлек к этой работе Кочурова Михаила Степановича, геолога, моего хорошего знакомого. Мы сделали топографическую съемку Ганиной ямы и Коптяковской дороги до железнодорожного переезда» (с. 257-258).

Далее в книге опубликовано и объяснение прокурору Г.Т.Рябова от 14 Сентября 1991 года:

«В Августе 1976 года я по просьбе бывшего министра внутренних дел Щелокова приехал в г. Свердловск для представления работникам милиции моего фильма, вернее, его третьей серии «Рожденная революцией».

Начальник политотдела УВД (фамилию и другие данные о нем я не помню), полковник предложил мне осмотреть достопримечательности города... Я сказал, что с удовольствием познакомился бы с историей города 18-20-х годов. Начальник политотдела сказал, что знает человека, который интересуется и знает много об этом периоде, обещал познакомить меня с ним. Через некоторое время мы с ним приехали в квартиру к этому человеку. Им оказался Авдонин Александр Николаевич, кандидат геолого-минералогических наук. Увидев у меня на пиджаке значок «Заслуженный работник МВД СССР», Авдонин принял мое знакомство с ним настороженно. Но потом, когда начальник политотдела уехал, мы с Авдониным разговорились, в том числе и об Императоре России, и не помню в связи с чем и почему я ему сказал, что нельзя ли попытаться найти могилу бывшего Царя Николая II и Членов Его Семьи. Авдонин ответил, что, во-первых, скорее всего никакой могилы Царя нет, а во-вторых, зачем это надо, ведь с Ним давно покончили и что теперь историю ворошить. Сказал, что если и попытаться это сделать, то все равно ничего не получится, так как на том или тех местах, где это могло быть, проложены железные дороги, построены дома.Я стал настаивать на своей позиции, что это не безполезно (почему у меня она была такой, я объяснить не могу, так как никакими документами по этому вопросу я не располагал), сказал, что надо познакомиться с документами, а потом уже решать, стоит ли этим заниматься. Авдонин спросил, а смогу ли я достать такие документы и познакомиться с ними. Я ответил, что смогу. Тогда он сказал, что, если я найду что-либо, что поможет позволить начать поиск могилы, то могу приезжать, он готов мне помочь в этой работе» (с. 261-262).Трудно даже предположить, что Н.А.Щелоков, озабоченный проблемой сноса дома Ипатьева, одновременно поручил бы своему подчиненному Г.Рябову благородную миссию восстановления исторической справедливости относительно Царской Семьи. Действия Г.Рябова, конечно же, находились и в русле действий, связанных с уничтожением Ипатьевского особняка.

21. Издание книги Н.А.Соколова «Убийство Царской Семьи», осуществленное в 1925 году князем Н.Орловым, вскоре стало библиографической редкостью. К 60-м годам ее оставалось считанное число экземпляров: противники истины весьма потрудились в этом направлении. В 1969 году глава Российского Имперского Союза-Ордена Н.Сахновский предпринял мужественный шаг: репринтно переиздал опальную книгу в Буэнос-Айресе, а спустя девять лет, к 60-й годовщине убийства Царской Семьи, он выпустил еще один тираж книги Н.А.Соколова, снабдив ее собственноручной «Краткой сводкой других показаний, опубликованных за истекшие 60 лет со времени Екатеринбургского убийства», откуда я и почерпнул сведения для главы «Чикагский след».

По поводу линии Исаака Дон Левина Н.Сахновский делает следующие ссылки: «В 1973-м году, известный американский журналист Исаак Дон Левин, выпустил книгу своих воспоминаний, отчет о которой появился в статье Л.Баркалова, в «Свободном Слове Карпатской Руси» («Русское слово» № 584, 14.8.76)».

По сообщению писателя Г.П.Калюжного, Олег Васильевич Волков в начале 20-х годов сопровождал какого-то американского журналиста в его поездке в Екатеринбург, где они посещали дом Ипатьева. А в Москве побывали они у М.Покровского. Возможно, О.В.Волков сопровождал Исаака Дон Левина.

Относительно Ричарда Халибуртона Н.Сахновский в своей сводке сообщает следующее: «В 1972 году мы узнали о появлении на книжном рынке книги известного американского журналиста Ричарда Халибуртона под заглавием: «Семимильные Сапоги»... Несколько глав книги посвящены его поездкам по России (Статья Корчевского в газете «Наша Страна» № 1168)».

22. Вспомним прозвище главы пугачевской «контрразведки» Зарубина, отличавшегося нечеловеческой жестокостью, - Чика! В некоторых источниках фамилия одного из главных цареубийц Шаи Голощекина дается в варианте Голочекин. И совсем недавний пример - ростовский изувер Чикатило.

В этой связи уместно вспомнить некоторые перипетии и так называемой «великой» Французской революции. В книге российского эмигранта Л.Н.Кея (скорее всего псевдоним) «Мiровой заговор» (Нью-Йорк, 1975, Москва - переиздание без указания года) об этом говорится следующее:

«Известный французский историк М.Гоер заметил странный факт, что Дантону поставлен памятник и улицы названы его именем, но нет ничего, что напоминало бы о Робеспьере. Это произошло потому, что в своей последней речи Робеспьер открыл, что революция совершалась не французами, а иностранными агентами; он заключил: «Я не верю этим иностранцам, чьи лица покрыты маской патриотизма и кто старается показаться более республиканцами, чем мы сами... они агенты иностранной силы... Эти агенты должны быть уничтожены, несмотря на их артистическое вероломство и маски, которые они всегда носят». Эта речь стоила ему жизни, потому, что он решился выразить свое презрение агентам Ротшильда, которые стали фактическими управителями Парижа. Будучи сам финансирован из тех же источников, Робеспьер был недоволен, что «Каждый день Комитет Общественного Спасения делает то, что он накануне решил не делать. Есть безпринципная клика, направленная для разрушения, чьих директоров мы не смогли раскрыть». Робеспьер не стал монархистом, но он понял, что предполагаемая «Французская Революция» в сущности, была еврейской для захвата Франции, и не имела ничего общего с благополучием народа, его свободой и равенством» (с. 10).

23. Наиболее полно источники, подтверждающие эту версию, изложены в очерке Валерия Родикова «Легенда о Царской голове», который был впервые опубликован в журнале «Кубань» (№ 11, 1990, с. 39-48; там он назывался «Еще раз о Царской голове»), затем в четвертом выпуске альманаха «Дорогами тысячелетий» (М., 1991), а потом в одноименном сборнике (М., 1992).

Само же извлечение с последующим перезахоронением черепов в Екатеринбургском могильнике, осуществлявшееся Г.Рябовым и А.Авдониным в конце семидесятых годов, вскрытие могильника в Июле 1991 года совершенно непрофессиональными методами создает весьма сомнительную ситуацию, при которой точность экспертизы истории захоронения в Екатеринбургском могильнике сводится к нулю.

24. О.А.Платонов в своей книге приводит характерный пример из послужного списка одного из цареубийц: «П.З.Ермаков по заданию партии еще в 1907 году убил полицейского агента, но не просто убил, а отрезал ему голову» («Убийство Царской Семьи», с. 53). Этот факт с дополнительными подробностями сообщается и в другой главе книги «В 23 года в 1907 году у него (Ермакова) три пистолета, он уже убил, по крайней мере, одного человека - отрезал ему голову. Его арестовывают по подозрению в убийстве, но вину берет на себя другой боевик, которого по суду присуждают к виселице. А Ермаков снова на свободе, участвует в нападениях на транспорт с деньгами, занимается рэкетом» (с. 125). Он же после цареубийства любил хвастаться: «Я впервые на Урале устроил крематорий», - часто повторял Ермаков. Говоря о крематории, он имел в виду сжигание тел представителей Царской Семьи (Сообщение А.И.Антропова)» (с. 127, 189). Это еще одно свидетельство, подтверждающее версию сожжения тел Святых Царственных Мучеников.

Настолько омерзительна была эта категория кадровых партийцев, что некоторые высокопоставленные советские деятели чурались их, как заразных:

«Социолог и краевед Владимiр Борисович Четвериков рассказал в телепередаче «Имя в истории», что на торжественном собрании в тогдашнем Свердловске к маршалу Г.К.Жукову протиснулся подвыпивший старый большевик, участник убийства Царской Семьи П.Ермаков и, протягивая руку для рукопожатия, объявил, кто он такой. Маршал Жуков на это ответил: «Я палачам руки не подаю» («Вся Россия», вып. 1, М., 1993 г., с. 367).

В книге О.Платонова неоднократно поднимается тема о сотрудничестве высшего руководства большевицкой фракции с уголовными объединениями, бандитскими формированиями в период 1905-1907 годов. Целиком этой теме посвящены главы «Революция в черных перчатках» и «Мафия».

«Членов Екатеринбургской организации РСДРП, возражавших против кровавых методов ведения революционной борьбы, Я.Свердлов осенью 1905 года учил, что «революцию в белых перчатках не делают, революции не может быть «без крови, без выстрелов», кто думает иначе, тому с нами не по пути» (Городецкий Е., Шарапов Ю. «Свердлов». - М., 1971. - с. 46. - ЖЗЛ). Конечно, такие представления могли возникнуть только у людей, духовно чуждых народу древней страны, для которых кровь людская просто водица» (с. 52, 187).

На 53-й странице в книге О.А.Платонова воспроизводится фотография, на которой Я.Свердлов сидит в типичной позе «пахана». Фотография снабжена следующей подписью:

«Большевики формировали революционный актив из среды уголовников и убийц, организуя их мафиозными методами. На фотографии Я.Свердлов на тюремных нарах вместе с уголовниками, из которых он подбирал боевиков».

И далее О.Платонов сообщает:

«Уральский социал-демократ Николай Алексеевич Чердынцев просидел несколько лет в Екатеринбургской тюрьме. В своем дневнике (хранится в Свердловском партийном архиве) описывает «революционную атмосферу» и, в частности, встречи со Свердловым в 1908-1909 годах. Одна из неприятных сторон тюремной жизни - крысы. Социал-демократы в камере для борьбы с ними создали дружину, которую возглавлял Яков Михайлович Свердлов. Конечно, рассуждает Чердынцев, с крысами надо бороться, но зачем с «безсмысленной жестокостью мучить крыс и наслаждаться этим». Дружинники хватали крыс, кидали их в парашу, чтобы они там утонули, сапогами отталкивали крыс от краев, не давая им вылезти, и при этом от души смеялись. Другим развлечением дружинников было повешение крыс.

В тюрьме процветала откровенная групповщина. Верховодами были Свердлов и Теодорович, которые поддерживали только своих, пусть они даже совершали любую подлость. Чердынцев отмечает, что поведение этих людей определялось не социалистическими идеалами, а жаждой власти, жаждой доминировать в революционном движении. «На воле... (эти)... товарищи держат себя так же, как сейчас в тюрьме... Теодорович хулиган форменный, хотя и был членом ЦК РСДРП...» Свердлов не гнушается вступать в дружеские отношения с отпетыми уголовниками. Шепчется с ними. О чем-то договаривается. Чердынцева коробят товарищеские контакты Свердлова с одним уголовником-евреем, который не стеснялся рассказывать, как он надувал русских крестьян.

В тюрьме Свердлов ведет себя как власть имущий, через него другие заключенные могут получать деньги и передачи. Люди Свердлова на воле держат с ним постоянную связь. По отношению к товарищам Свердлов держит себя диктаторски (с. 53-54, 187).

«Работая в уральских архивах и фондах музеев, я просмотрел десятки дел лиц, так или иначе причастных к убийству Царской Семьи, и вскоре нащупал важную закономерность. Все организаторы и ключевые исполнители убийств были боевиками боевой организации РСДРП, возникшей на Урале в конце 1905 - начале 1906 года под руководством Я.М.Свердлова. Я стал просматривать материалы, относящиеся к этой организации, и убедился, что это была всеохватывающая тайная организация.

Да, у Свердлова были все основания изображать из себя персону, имеющую силу и волю везде, могущую карать и миловать, ибо он, говоря современным языком, руководил тайной организацией мафиозного типа, уральским кустом боевой организации РСДРП... В своей «епархии» Свердлов был царь и бог. Как в классической мафии, были созданы несколько уровней посвящения в тайну организации. Полной информацией обладал только тот, кто находился на верху пирамиды, он согласовывал свои действия с боевым центром. На уровень ниже сидело тайное оперативное руководство и инструкторы боевой организации, на следующем, тоже тайном, уровне - исполнители различных грязных дел, они получали задание с предыдущего уровня и следовали точным инструкциям; в самом низу - «массовка», рядовые члены, которые привлекались к работе, но ничего не знали о характере деятельности высших уровней посвящения. На практике это было организовано так. При каждом уральском комитете РСДРП создавались три дружины. Одна - известная всем, куда входили рабочие, и две тайных. Они так и разбивались на первую, вторую и третью. Описание мафий дается по воспоминаниям боевиков Кадомцевых Э.С. и О.М. (вероятно, инициалы О.М. - опечатка, так как среди уральских боевиков был известен брат Э.С.Кадомцева - И.С.Кадомцев, тем более, в дальнейшем повествовании об этом вечере воспоминаний говорится именно об Иване Кадомцеве и приводятся его слова. - Л.Б.), Накорякова Н.Н., Ефремова М.И. на вечере, состоявшемся в Ноябре 1924 года. Сохранились в Пермском государственном архиве (Ф. Р732, оп. 1, д. 3, л. 8)» (С. 55, 187).

«...При второй дружине состоял отряд мальчиков-разведчиков (кстати, будущий председатель Уралсовета, небезызвестный Белобородов, начинал в этом отряде)... Особой стороной деятельности боевиков были грабежи или, как их называли, «эксы», экспроприации. Грабили кассы, конторы, нападали на транспорт с деньгами. Бомб и патронов не жалели, случайные люди гибли десятками. Легендарный боевик и наставник молодых Иван Кадомцев любил повторять: «Не надо быть храбрым, - храбрым нужно быть тому, кто трус»; «Всякое предприятие надо выполнять с тем спокойствием, с каким хлебаешь ложкою обед за столом»; «Самое трудное дело замести следы, а совершение акта пустяки».

Занимались боевики и рэкетом, то есть обкладывали богачей данью под угрозой смерти...

Каждый боевик должен был руководить хотя бы одним грабежом («эксом»), уметь управлять лошадью, паровозом, а позднее и автомашиной, владеть огнестрельным и холодным оружием, знать анатомию человека, чтобы без шума и при помощи холодного оружия убить врага (по талмуду жертва резника должна быть безгласной. - Л.Б.), обладать ловкостью и проворством, а также уметь гримироваться...

Вторые большевистские дружины работают в прямой связи с «лесными братьями», возглавляемыми Лбовым. Эти безпартийные грабители также занимались политическими убийствами и грабежами, творили самосуд, а получаемые деньги частично тратили на себя, а частично посылали в комитеты различных партий, в том числе большевикам. Кстати, из числа «лесных братьев» вышли несколько участников убийства Царской Семьи. Одной из связных между большевистскими боевиками и лбовскими «лесными братьями» была жена руководителя боевиков во всероссийском масштабе Минея Губельмана (Е.Ярославского. - Л.Б.) - К.И.Кирсанова. Прямую связь со Лбовым поддерживал Свердлов... Не удивлюсь, если когда-нибудь будут открыты документы, которые покажут, что «лесные братья» были строго законспирированным отделением вторых большевистских дружин» (с. 58-59).

«Как отмечалось самими боевиками, «такой структурой достигалась конспиративность и гибкость массовой военной организации, тысяцкий знал только десятских, десятские - только своих пяточников. Благодаря этому, в течение четырех лет уральские боевые организации не знали ни одного случая провала» (Государственный архив Пермской области, ф. Р732, оп. 1, д. 3, л. 8)» (с. 60, 187).

«Деньги не были главным результатом тайных операций боевиков РСДРП и «лесных братьев». Главное было в том, что в процессе их проведения выковывались кадры людей, готовых выполнить любые приказы, способных убить человека так же спокойно, «как съесть тарелку щей» (выделено мной. - Л.Б.).

Сплоченные твердой дисциплиной, связанные кровью жертв, через которые они преступили, подчиненные одной воле, строго законспирированные, умевшие делать свою работу молча, боевики представляли собой силу с огромным потенциалом зла и разрушения. Нужны были условия для реализации этого потенциала. Они наступили в Феврале 1917 года...

В Апреле 1917 года Свердлов приехал в Екатеринбург как представитель ЦК РСДРП и остановился на квартире у Юровского. Как отмечает сам Юровский, с этого момента началась настоящая большевистская работа. Пробыл Свердлов на Урале две недели, но за это время произвел полную перетряску большевистских организаций. Старая гвардия боевиков из подполья выдвигается на важные партийные должности» (с. 62-63).

В монографии кандидата исторических наук Л.Т.Сенчаковой «Боевая рать революции. Очерк о боевых организациях РСДРП и рабочих дружинах 1905-1907 гг.» (М.: Политиздат, 1975) описывается деятельность Уральской боевой организации, возглавляемой Я.М.Свердловым и К.И.Кирсановой, достаточно обстоятельно, хотя в ней, естественно, отсутствуют подробности и характерные особенности, приводимые О.А.Платоновым, но вывод, который делает Л.Т.Сенчакова, говорит сам за себя:

«Не будет преувеличением сказать, что боевые организации Урала своей глубокой и всесторонней постановкой дела служили образцом для всей революционной России» (с. 31).

В книге О.А.Платонова есть глава «Екатеринбургская трагедия», которая начинается «дежурным» пассажем:

«В начале ХХ века город Екатеринбург, несмотря на свой уездный статус в составе Пермской губернии, принадлежал к лучшим и красивейшим городам Европейской России и по справедливости назывался «столицей Урала» (выделено мной. - Л.Б.). Да и населения здесь было в два раза больше, чем в губернском центре (в Перми. - Л.Б.). Располагался он по берегам реки Исети, в историческом центре - обширное озеро-пруд, а рядом на широких площадях стояли великолепные храмы, ровными перспективами, по-петербургски, шли улицы. В городе была сильно развитая промышленность, обширная сеть предприятий торговли и обслуживания, десятки учебных, культурно-просветительных, благотворительных и религиозных учреждений (выделено мной. - Л.Б.). В общем, до 1917 года это был богатый и процветающий город, конечно, со своими проблемами, социальными контрастами и противоречиями. К Марту-Апрелю 1918 года в столице Урала (выделено мной. - Л.Б.) устанавливается абсолютная диктатура Уралсовета и ЧК.

Состав Президиума Уралсовета на середину 1918 года был таков: Голощекин, Сафаров, Войков, Хотимский, Чуцкаев, Краснов, Поляков, Юровский, Сыромолотов, Тунетул, Сакович, Анучин, Уфимцев, Дидковский. Из четырнадцати человек русских было только три-четыре. Состав руководства ЧК на Июль 1918 года: председатель - Лукьянов-Маратов, зам. пред. - Юровский и Сахаров, члены коллегии - Горин, Радзинский, Кайгородов, казначей - Никулин, начальник «отряда палачей» - Шиндер, секретарь - Яворский.

Жесточайшим образом подавляется любое противодействие большевикам. Не прекращаются аресты, расстрелы и конфискации. Готовятся к выпуску специальные деньги с изображением вооруженных солдата и матроса (выделено мной. - Л.Б.). Большевики чувствуют себя полными хозяевами» (с. 95-96).

Обращение читательского внимания на словосочетание «столица Урала» или, как говорится после революции, «столица Красного Урала», на особые «привилегии» города вплоть до выпуска собственных денег не случайно. Однажды заинтересовавшись происхождением этого словосочетания по отношению к уездному городу, в какой-то из краеведческих книг я вычитал, что словосочетание «столица Урала» по отношению к Екатеринбургу употреблялось уже в конце XVIII века. Надо сказать, что в те времена такое вольное словоупотребление по отношению к статусу города в «метафорическом» плане по законам русского языка было просто невозможным. Скорее всего это прозвище было сознательно внедрено в языковый оборот.

Что за этим может стоять?

Столица подразумевает существование какого-либо престола, однако Епископская кафедра была в Перми, а в историческом прошлом Екатеринбург и местность, в которой он появился, никогда не были центром какого-либо национального образования до присоединения Урала к России.

Мы строим догадку, что причиной внедрения «титула» Екатеринбурга - «столица Урала» было утверждение в нем некоего тайного престола, возможно, связанного с пребыванием на Урале в 1720-1737 годах знаменитого русского историка и государственного деятеля Василия Никитича Татищева (р. 1686 - ум. 1750), который по некоторым сведениям был одним из первых российских масонов (В.Ф.Иванов «История российского масонства от Петра I до наших дней», Харбин, 1938).

Кстати, дворец Татищева сохранился. Именно в нем Римма Янкелевна Юровская создавала в 1918 году комсомол Урала. Характерно расположение дворца: рядом с Вознесенским собором, почти напротив дома Ипатьева.

Каббалисты любят лингвистические изощрения. Один из типичных приемов - придание слову или имени чужого языка своего «эзотерического» значения. Вполне вероятно, топониму «Урал» они придают значение «Уриила» или «Уриэла», то есть - «ангела Ура» в переводе с древнееврейского - «ангела света», «ангела огня», причем, в каббалистической трактовке - огня подземного («Мифы народов мiра», М., «Энциклопедия», 1992, т. 1, с. 77, т. 2, с. 395, 550), ассоциируя его с ветхозаветным Уром Халдейским (Быт. 11:28), местностью, где располагался древний Вавилон, в котором праотцы нынешних богоборцев затеяли строительство гигантского фаллоса до небес - Вавилонского столпа (Быт. 11:3-9; пресловутый Вечный Жид). Возможно, что Екатеринбург, начиная с первой половины XVIII века, стал местом пребывания российской отрасли князей мнимой династии Давидовой, князей из колена Данова (Быт. 49:17), откуда, по учению Православной Церкви, произойдет антихрист.

Иосиф Флавий в «Иудейских древностях» (I, 6, 1), рассказывая о расселении народов по языкам, говорит о том, что внук Яфета, сын Гомара (родоначальника киммерийцев) - «Рифат (положил начало) рифатейцам, ныне пафлагонийцам». Переводчик И.Флавия Г.Г.Генкель комментирует, что «Рифейскими горами древние называли Урал. Одна из провинций Вифинии называлась Ривантиею». (Иосиф Флавий «Иудейские древности» М., 1994, т. 1, с. 21-23). Возможно, существует некая загадочная существенная символическая связь в иудейских преданиях между областью на Ближнем Востоке и Рифейскими горами, то есть нашим Уралом.

С другой стороны, Дан и его потомки, каким-то образом породненные с древним племенем исполинов, тяготеют к иным уральским корням: в Полном Церковно-Славянском словаре Г.Дьяченко на слово Скомрах находим следующее пояснение:

«Скоморох, плясун... Это название ведет свое начало, вероятно, от имени народа скамаров (Scamares), явившегося с гуннами и аварами на Дунае. Скамары принадлежат к Уральской чуди, как и другой старобытный народ Спали (Spalei), от которого произошло древнее существо исполин, древнее сполин» (с.608).

В начале ХХ века в Петербурге была напечатана шестнадцатитомная «Еврейская Энциклопедия». Есть там статья, посвященная Екатеринбургу:

«Уездный город Пермской губернии. Проезжая по Уральскому хребту, Император Александр I указом на имя министра финансов 19 Декабря 1824 года запретил евреям пребывание, даже временное, в Екатеринбурге и на местных заводах. Указ этот не был внесен ни в Полное собрание законов, ни в Свод законов; распоряжение министра об исполнении было сделано секретно. В 1897 году в уезде всего 336 евреев, из коих 305 в городе Екатеринбурге» (т. 7, стб. 497).

Что стоит за этим Государевым повелением? Пока можно только предполагать.

В той же каббалистической лингвистике российскому Новому Вавилону соответствует и талмудический «Новый Иерусалим» - Нижний Новгород, в который, по «Русской Правде» Пестеля, масоны-декабристы намеревались перенести столицу завоеванной ими России («Восстание декабристов. Документы» М., 1958, т. VII, вкладыш - карта России). Именно накануне масонского восстания в Санкт-Петербурге в Сентябре-Октябре 1825 года из затвора вышел для первой проповеди покаяния Преподобный Серафим Саровский, обитель которого находилась как раз у южной границы Нижегородской губернии. По существующему церковному преданию о старце Федоре Кузьмиче тогда же в Саров к Преподобному приезжал Император Александр Благословенный, чтобы принять на себя подвиг юродства и странничества. Это совместное духовное действие простого иеромонаха и Венценосного Монарха в сакральном смысле было превентивным ударом по непроявившему еще себя заговору именно в том месте, которое тайно было уготовано заговорщиками в качестве одного из будущих престольных центров.

Мы не настаиваем на верности наших догадок, однако дальнейшие исследования в направлении разработки этой гипотезы, возможно, помогут, с одной стороны, объяснить, какому престолу и на каком алтаре Красного Урала была принесена в жертву Царская Семья, а также раскрыть механизм и тайную иерархию беззаконной власти над Россией.

Впрочем, эта мистика подкреплена совершенно «прозаической» причиной древнего интереса к Уралу служителей Золотого Тельца - Молоха, который является подлинной сокровищницей материальных богатств России. Вспомним утренний разговор в гостинице Гелия Рябова с полковником местного УВД: «Что будем смотреть? Шахту по добыче золота? Тюрьму?..» («Родина» № 4, 1989, с. 87).

В последние годы, как со всей очевидностью отражает криминальная хроника, традиционные центры организованной преступности, пресловутые «Одесса-мама» и «Ростов-папа», значительно уступили свое лидерство мощным мафиозным структурам, уходящим корнями в Екатеринбург и Нижний Новгород. Оба города исторически связаны с жизнью и деятельностью клана Свердловых.

На несколько порядков вырос и уровень темных дел этих организаций, среди которых торговля алмазами и бриллиантами на вновь возрождаемой Нижегородской ярмарке - детская игра; международная торговля человеческими органами, подпольные операции по изготовлению и продаже сверхдорогих препаратов из человеческой крови, ураново-плутониевый бизнес, торговля боевым оружием, включая тяжелую технику, - это лишь часть перечня привычных для черной екатеринбургской банды, существование и функционирование которой не было бы возможным без сотрудничества с «екатеринбургским землячеством» в высших эшелонах исполнительной, законодательной и законоохранительной властей на местах и в столицах.

Молодежная группировка экономистов и бизнесменов из правительственного аппарата в конце 80-х - начале 90-х годов проходила обучение и стажировку в США, за что в прессе получила прозвание «чикагских мальчиков» по школе модного экономиста из Чикаго нобелевского лауреата 1992 года по экономике «за распространение сферы микроэкономического анализа на целый ряд аспектов человеческого поведения и взаимодействия, включая нерыночное поведение» профессора Гэри С.Беккера («Независимая газета», 9 Декабря 1992 года). Суть методики этого корифея культа Золотого Тельца выражается односложно - «пауки в банке» - насаждение конкуренции внутри корпорации, внутри фирмы.

Аналогичную стажировку в США проходят и современные российские преступники, о чем также сообщается в прессе - больше в американской, глуше - в российской, демократической. «В Екатеринбурге, как в старом Чикаго, - стреляют каждый день» - заголовок одной из информаций собкора «Известий» А.Пашкова об очередной разборке паханов, также неслучаен (№ 249, 16 Ноября 1992 года).

Есть основания полагать, что столь масштабный размах деятельности екатеринбургской банды - лишь очередной этап, подразумевающий переход на новый качественный уровень ее могущества в России и в мiре.

На то, что эта преступная организация намерена расширять свой аппарат за счет преступников-безпредельщиков, отъявленных головорезов, намекает информация, прошедшая в утренних теленовостях 1 Сентября 1993 года. Она также была опубликована в N 159 газеты «Куранты»:

«У палачей работы поубавилось»

«505 РОССИЯН ПРИГОВОРЕНЫ К ВЫСШЕЙ МЕРЕ НАКАЗАНИЯ - СМЕРТНОЙ КАЗНИ. 484 ЧЕЛОВЕКА ИЗ ПРИГОВОРЕННЫХ К РАССТРЕЛУ ПОДАЛИ НА ИМЯ ПРЕЗИДЕНТА РОССИИ ПРОШЕНИЯ О ПОМИЛОВАНИИ.

В этом году расстреляно меньше преступников, чем в предыдущем. Не исключено, что кому-то из нынешних приговоренных к высшей мере наказания будет применена новая правовая норма - отбывание пожизненного заключения. В частности, сообщает ИТАР-ТАСС, в глухих таежных местах на севере Свердловской области существует единственная в стране колония, в которой содержатся те, которым ранее высшая мера заменена длительным сроком заключения» (цитируется по «Московскому Обозревателю» № 32 от 10 Сентября 1993 года, с. 69).

В высших эшелонах власти уже более двух лет активно обсуждается вопрос об отмене смертной казни, а с исполнением приговоров весьма кстати обнаружились «объективные» трудности.

Чем чревата концентрация социально крайне опасных лиц в определенном и весьма характерном месте, жизнь которых полностью зависит от прихоти власть имущих, объяснять не приходится.

25. Об этом неофициальном источнике рассказывается в нашей статье в главах «Черная банда» и «Продается Россия...» Однако в книге Ю.А.Буранова и В.М.Хрусталева «Гибель Императорского Дома. 1917-1918 годы» (М., 1992) также отмечается, что должны существовать в государственных архивах России нерассекреченные массивы документальных материалов, посвященных Царскому Делу. «Без архивов ВЧК многие моменты этих драматических событий (убийства Царской Семьи. - Л.Б.) так и остаются до сих пор неизвестными» (с. 6). Или более конкретно: «Отметим, впрочем, что еще ни один исследователь не видел документа о принятии решения Уралоблисполкомом (о расстреле Царской Семьи. - Л.Б.)» (с. 259). То же отмечают и другие исследователи: О.Платонов, И.Непеин, Г.Калюжный.

26. Первая научная публикация «Записки» содержится в книге доктора исторических наук Ю.А.Буранова и кандидата исторических наук В.М.Хрусталева «Убийцы Царя. Уничтожение Династии». М., «Терра», 1997. Книга вышла в свет в августе 1997 года. Но уже в более ранних публикациях Ю.А.Буранов убедительно доказывает, что на самом деле «Записка» была составлена академиком Покровским. Он отыскал в Президентском архиве вариант этой записки, полностью написанный Покровским от руки, более того - пометки в ЦГАОРовском варианте также сделаны рукою Покровского. Этот вариант был подготовлен к публикации старшим архивистом ГАРФ В.М.Хрусталевым, мы перепечатываем его полностью. Текст: «Копия. Подлинник передан Покровскому 20 г.», - приводимый Г.Т.Рябовым там отсутствует.

«16/VII/1918/ была получена телеграмма из Перми на условном языке, содержащая приказ об истреблении Р[оманов]ых. Николая сначала (в мае) предполагалось судить - этому помешало наступление белых (Фраза вписана в машинописный текст документа от руки. - В.М.Х.).

16-го в 6 ч. веч[ера] Филипп Г[олощеки]н предписал привести приказ в исполнение. В 12 часов ночи должна была приехать машина для отвоза трупов.

В 6 часов увезли мальчика (Леонида Седнева. В документе вместо фамилии проставлено отточие. - В.М.Х.), что очень обеспокоило Р[оманов]ых и их людей. Приходил д[окто]р Боткин спросить, чем это вызвано? Было объяснено, что дядя мальчика, который был арестован, потом бежал, теперь опять вернулся и хочет увидеть племянника. Мальчик на следующий день был отправлен на родину (кажется, в Тульскую губернию). Грузовик в 12 часов не пришел, пришел только в 1/2 второго. Это отсрочило приведение приказа в исполнение. Тем временем были все приготовления: отобрано 12 человек (в т.ч. 6 [В тексте документа была напечатана цифра «7», которая от руки исправлена на цифру «6». - В.М.Х.] латышей) с наганами, которые должны были привести приговор в исполнение, 2 из латышей отказались стрелять в девиц.

Когда приехал автомобиль, все спали. Разбудили Боткина, а он всех остальных. Объяснение было дано такое: «Ввиду того, что в городе неспокойно, необходимо перевести семью Р[оманов]ых из верхнего этажа в нижний». Одевались с 1/2 часа. Внизу была выбрана комната с деревянной отштукатуренной перегородкой (чтобы избежать рикошетов), из нее была вынесена вся мебель. Команда была наготове в соседней комнате. Р[омано]вы ни о чем не догадывались. Ком[ендант] отправился за ними лично один и свел их по лестнице в нижнюю комнату. Ник[олай] нес на руках А[лексе]я, остальные несли с собой подушечки и разные мелкие вещи. Войдя в пустую комнату, А[лександра] Ф[едоровна] спросила: «Что же, и стула нет? Разве и сесть нельзя?» Ком[ендант] велел внести два стула. Ник[олай] посадил на один А[лексе]я, на другой села А[лександра] Ф[едоровна]. Остальным ком[ендант] велел встать в ряд. Когда стали, позвали команду. Когда вошла команда, ком[ендант] сказал Р[оманов]ым, что ввиду того, что их родственники в Европе продолжают наступление на Советскую Россию, Уралисполком постановил их расстрелять. Николай повернулся спиной к команде, лицом к семье, потом, как бы опомнившись, обернулся к ком[енданту] с вопросом: «Что? Что?» Ком[ендант] наскоро повторил и приказал команде готовиться. Команде заранее было указано, кому в кого стрелять, и приказано целить прямо в сердце, чтобы избежать большого количества крови и покончить скорее. Николай больше ничего не произнес, опять обернувшись к семье, другие произнесли несколько несвязных восклицаний, все длилось несколько секунд. Затем началась стрельба, продолжавшаяся две-три минуты. Ник[олай] был убит самим ком[ендант]ом наповал. Затем сразу же умерли А[лександра] Ф[едоровна] и люди Р[оманов]ых (всего было расстреляно 12 [Так в документе. - В.М.Х.] человек: Н[икола]й, А[лександра] Ф[едоровна], четыре дочери - Татьяна, Ольга, Мария и Анастасия, д[окто]р Боткин, лакей Труп, повар Тихомиров (Допущена ошибка, имеется в виду повар Харитонов. - В.М.Х.), еще повар (Здесь допущена неточность - поваренок Леонид Седнев накануне казни был изолирован от Царской Семьи. - В.М.Х.) и фрейлина (Имеется в виду комнатная девушка Царицы А.Демидова. - В.М.Х.), фамилию к[отор]ой ком[ендант] забыл.

А[лексе]й, три из его сестер, фрейлина и Боткин были еще живы. Их пришлось пристреливать. Это удивило ком[ендан]та, т.к. целили прямо в сердце, удивительно было и то, что пули [от] наганов отскакивали от чего-то рикошетом и как град прыгали по комнате. Когда одну из девиц пытались доколоть штыком, то штык не мог пробить корсаж. Благодаря всему этому вся процедура, считая «проверку» (щупанье пульса и т.д.), взяла минут 20. Потом стали выносить трупы и укладывать в автомобиль, [который] был выстлан сукном, чтобы не протекла кровь. Тут начались кражи: пришлось поставить 3 надежных товарищей для охраны трупов, пока продолжалась переноска (трупы выносили по одному). Под угрозой расстрела все похищенное было возвращено (золотые часы, портсигар с бриллиантами и т.п.). Ком[ендан]ту было поручено только привести в исполнение приговор, удаление трупов и т.д. лежала на обязанности т. Ермакова (рабочий Верхне-Исетского завода, партийный товарищ, б[ывший] каторжанин). Он должен был приехать с автомобилем и был впущен по условному паролю «трубочист». Опоздание автомобиля внушило ком[ендан]ту сомнение в аккуратности Е[рмако]ва и ком[ендант] решил проверить сам лично всю операцию до конца. Около 3 часов утра выехали на место, которое должен был приготовить Е[рмако]в (за Верхне-Исетским заводом). Сначала предполагалось везти [трупы] в автомобиле, а от известного пункта на лошадях, т.к. автомобиль дальше пройти не мог. Местом выбранным была брошенная шахта. Проехав Верхне-Исетский завод, [в] верстах в 5, наткнулись на целый табор человек 25, верховых, в пролетках и т.д. Это были рабочие (члены Совета, исполкома и т.д.), которых приготовил Е[рмако]в. Первое, что они закричали: «Что ж вы нам их неживыми привезли?!» Они думали, что казнь Романовых будет поручена им. Начали перегружать трупы на пролетки, тогда как нужны были телеги. Это было очень неудобно. Сейчас же начали очищать карманы - пришлось и тут пригрозить расстрелом и поставить часовых. Тут обнаружилось, что на Татьяне, Ольге и Анастасии были надеты какие-то особые корсеты. Решено было раздеть трупы догола, но не здесь, а на месте погребения. Но выяснилось, что никто не знает, где намеченная для этого шахта. Светало. Ком[ендант] послал верховых разыскивать место, но никто ничего не нашел. Выяснилось, что вообще ничего приготовлено не было: не было лопат и т[ому] под[обного]. Так как машина застряла между 2 деревьев, то ее бросили и двинулись поездом на пролетках, закрыв трупы сукном. Отвезли от Екатеринбурга на 161/2 верст и остановились в 11/2 верстах от деревни Коптяки; это было в 6-7 часов утра. В лесу отыскали заброшенную старательскую шахту (добывали когда-то золото) глубиною аршин 31/2. В шахте было на аршин воды. Ком[ендант] распорядился раздеть трупы и разложить костер, чтоб все сжечь. Кругом были расставлены верховые, чтобы отгонять всех проезжающих. Когда стали раздевать одну из девиц, увидели корсет, местами разорванный пулями, - в отверстии видны были бриллианты. У публики явно разгорелись глаза. Ком[ендант] решил сейчас же распустить всю артель, оставив на охране несколько верховых и 5 человек команды. Остальные разъехались. Команда приступила к раздеванию и сжиганию. На А[лександре] Ф[едоровне] оказался целый жемчужный пояс, сделанный из нескольких ожерелий, зашитых в полотно. На шее у каждой из девиц оказался портрет Распутина с текстом его молитвы, зашитые в ладанку(Фраза вписана от руки. - В.М.Х.). Бриллианты тут же выпарывались, их набралось (т.е. бриллиантовых вещей) около 1/2 пуда. Это было похоронено на Алапаевском заводе, в одном из домиков в подполье; в 19 г[оду] откопано и привезено в Москву. Сложив все ценное в сумки, остальное найденное на трупах сожгли, а сами трупы опустили в шахту. При этом кое-что из ценных вещей (чья-то брошь, вставлен[ная] челюсть Боткина) было обронено, а при попытке завалить шахту при помощи ручных гранат, очевидно, трупы были повреждены и от них оторваны некоторые части - этим ком[ендант] объясняет нахождение на этом месте белыми (которые потом его открыли) оторванного пальца и т[ому] под[обного]. Но Р[оманов]ых не предполагалось оставлять здесь - шахта заранее была предназначена стать лишь временным местом их погребения. Кончив операцию и оставив охрану, ком[ендант] в 10-11 [часов] утра (17-го уже июля) поехал с докладом в Уралисполком, где нашел Сафарова и Белобородова. Ком[ендант] рассказал, что найдено, и высказал им сожаление, что ему не позволили в свое время произвести у Р[оманов]ых обыск. От Чуцкаева (пред[седателя] горисполкома) ком[ендант] узнал, что на 9-й версте по Московскому тракту имеются «очень глубокие, заброшенные шахты, подходящие для погребения Р[оманов]ых. Ком[ендант] отправился туда, но до места не сразу доехал из-за поломки машины. Добрался до шахт уже пешком, нашел, действительно, три шахты, очень глубоких, заполненных водою, где и решил утопить трупы, привязав к ним камни. Так как там были сторожа, являвшиеся неудобными свидетелями, то решено было, что одновременно с грузовиком, который привезет трупы, придет автомобиль с чекистами, которые под предлогом обыска арестуют всю публику. Обратно ком[енданту] пришлось добираться на случайно захваченной по дороге паре.

Задержавшие случайности продолжались и дальше. Отправившись с одним из чекистов на место верхом, чтобы организовать все дело, ком[ендант] упал с лошади и сильно расшибся (а после упал [и] чекист). На случай, если бы не удался план с шахтами, решено было трупы сжечь или похоронить в глинистых ямах, наполненных водой, предварительно обезобразив трупы до неузнаваемости серной кислотой.

Вернувшись, наконец, в город уже к 8 час. вечера (17-го [июля]), начали добывать все необходимое - керосин, серную кислоту. Телеги с лошадьми без кучеров были взяты из тюрьмы. Рассчитывали выехать в 11 ч. вечера, но инцидент с чекистом задержал, и к шахте, с веревками, чтобы вытаскивать трупы и т.д., отправились только в 121/2 ч. ночью с 17 на 18-е [июля]. Чтобы изолировать шахту (первую старательскую) на время операции, объявили в деревне Коптяки, что в лесу скрываются чехи, лес будут обыскивать, чтобы никто из деревни не выезжал ни под каким видом. Было приказано, если кто ворвется в район оцепления, расстрелять на месте. Между тем рассвело (это был уже третий день, 18-го). Возникла мысль часть трупов похоронить тут же у шахты, стали копать яму и почти выкопали. Но тут к Ермакову подъехал его знакомый крестьянин, и выяснилось, что он мог видеть яму.

Пришлось бросить дело. Решено было везти трупы на глубокие шахты. Так как телеги оказались непрочными, разваливались, ком[ендант] отправился в город за машинами (грузовик и две легких, одна для чекистов). Телеги ломались ранее, машины понадобились, чтобы везти на глубокие шахты, причем до самого места временного погребения машины не могли дойти, поэтому телеги все равно приходилось пользоваться. Когда пришли машины, телеги уже двигались - машины встретились в ними на 1/2 версты ближе к Коптякам(Две последние фразы вписаны от руки. - В.М.Х.). Смогли отправиться в путь только в 9 час. вечера. Пересекли линию жел[езной] дор[оги], в полуверсте перегрузили трупы на грузовик. Ехали с трудом, вымащивая опасные места шпалами, и все-таки застревали несколько раз. Около 41/2 утра 19-го [июля] машина застряла окончательно; оставалось, не доезжая шахт, хоронить или жечь. Последнее обещал на себя взять один товарищ, фамилию ком[ендант] забыл, но он уехал, не исполнив обещания.

Хотели сжечь А[лексе]я и А[лександру] Ф[едоровну], [но] по ошибке вместо последней с А[лексе]ем сожгли фрейлину. Потом похоронили тут же под костром останки и снова разложили костер, что совершенно закрыло следы копанья. Тем временем вырыли братскую могилу для остальных. Часам к 7 утра яма, аршина в 21/2 глубины, 31/2 в квадрате, была готова. Трупы сложили в яму, облив лица и вообще все тела серной кислотой, как для неузнаваемости, так и для того, чтобы предотвратить смрад от разложения (яма была неглубока). Забросав землей и хворостом, сверху наложили шпалы и несколько раз проехали - следов ямы и здесь не осталось. Секрет был сохранен вполне - этого места погребения белые не нашли.

Коптяки [находятся] в 18 в[ерстах] от Екатеринбурга. К северо-западу линия ж[елезной д[ороги] проходит на 9-й версте, между Коптяками и Верхне-Исетским заводом. От места пересечения [с] жел[езной] дор[огой] погребены [трупы] саж[енях] в 100 ближе к В[ерхне]-Исетскому заводу (Последний абзац документа написан от руки. - В.М.Х.). (ГАРФ [ЦГАОР СССР]. Фонд 601, опись 2, дело 27, листы 31-34. Подлинник.)

Олег Платонов, работая в Свердловском партийном архиве, обнаружил воспоминания «другого участника уничтожения трупов - чекиста Сухорукова Григория Ивановича». Эти воспоминания частично подтверждают версию, изложенную в «Записке»:

«Вечером (18 Июля 1918 года. - Л.Б.) пришли грузовые автомобили трупы были уже погружены на повозки и мы с повозок их снова перегрузили на автомобили и поехали. Недалеко была мочажина настланная шпалами в виде моста и здесь-то задний грузовик почти проехавши застрял, все наши усилия ни к чему не привели и решили шпалы снять, выкопать яму, сложить трупы залить серной кислотой, закопать и снова наложить шпалы. Так было и сделано. Для того, что если бы белые даже нашли эти трупы и не догадались по количеству что это царская семья мы решили штуки две сжечь на костре, что мы и сделали на наш жертвенник первым попал наследник (выделено мной. - Л.Б.), и вторым младшая дочь Анастасия, после того как трупы были сожжены, мы разбросали костер насередине вырыли яму, все оставшееся недогоревшее сгребли туда, и на том же месте снова развели огонь и тем закончили работу/» (Свердловский Партийный Архив, фонд 41, опись 1, дело 149, лист 184)» (О.Платонов «Убийство Царской Семьи», М., 1991 г., с. 157, 158, 190; другие отрывки из этих воспоминаний опубликованы в книге В.Алексеева «Гибель Царской Семьи: мифы и реальность», Екатеринбург, 1993, с.117-118).

И в этом случае не надо забывать, что свидетельство сделано преступником, причем не в условиях следствия, а при неизвестных нам обстоятельствах и побудительных мотивах. Оно также может иметь своей целью дезинформацию, как и пресловутая «Записка». Впрочем, Г.Рябов на воспоминания Г.И.Сухорукова нигде не ссылается.

27. «Огонек», № 21, май 1989 г.

28. «Родина», №№ 4,5, 1989 г.

29. Челябинский историк Игорь Георгиевич Непеин еще осенью 1988 года опубликовал в «Уральском Следопыте» первую в советской печати правдивую статью об убийстве Царской Семьи. Моментально в ксерокопиях она разошлась по всей России, однако центральные издания, даже патриотические, до сих пор игнорируют работы уральского исследователя.

30. «Инженерная газета», 1990 год.

31. «Наша Страна» № 2141, 17 августа 1991 г. (русская монархическая газета, основанная Иваном Солоневичем, издается в Буэнос-Айресе - Аргентина); «Литературная Россия» № 32, 9 августа 1991 г., с. 20-22.

32. ЦГАОР, ф. 601, оп. 2, е.х. 35, л. 34.

33. М.К.Дитерихс «Убийство Царской Семьи и членов Дома Романовых на Урале» М., 1991 г., т. 1, с. 166.

34. Н.А.Соколов «Убийство Царской Семьи». Буэнос-Айрес, 1978 г., блок иллюстраций между сс. 191-192.

35. Мы недавно высказали предположение, что советские спецслужбы уже в Январе-Феврале 1920 года могли заполучить официальную копию следственного дела по факту убийства Царской Семьи. На чем строится это предположение? Во время эвакуации из Екатеринбурга, по указанию М.К.Дитерихса, в поезде изготавливались копии следственного дела, которые официально заверялись руководителями следствия. Поскольку Верховный Правитель адмирал А.В.Колчак лично организовывал расследование и наблюдал за его ходом, вполне вероятно, что одна из копий была изготовлена специально для него. После предательства союзников и ареста адмирала большевиками эта копия вместе с другими правительственными документами, архивом А.В.Колчака могла оказаться у большевиков. Стоит внимания тот факт, что допрос Колчака, вскоре опубликованный в эмиграции Гессеном в «Архиве Русской Революции», полностью игнорирует инициативную роль адмирала в расследовании убийства Царской Семьи. Это наводит на догадку, что столь животрепещущая тема была изъята из допроса и засекречена, тогда как остальная часть допроса непонятным образом очутилась на Западе. Сейчас известен экземпляр следственного дела, четыре тома которого хранятся в бывшем ИМЭЛе, а четыре других тома - в архиве Главной военной прокуратуры. Этот экземпляр дела был вывезен после Второй Мiровой войны из Германии. Гитлеровцы же, в свою очередь, изъяли его из какого-то парижского или пражского хранилища. Если предположение о существовании «колчаковской» копии верно, то, по логике вещей, она должна находиться в некоем до сих пор не рассекреченном собрании документов по Царскому Делу. Из высших руководителей революционного правительства, пожалуй, лишь один И.В.Сталин (Джугашвили) был наименее причастен к организации убийства Царской Семьи. Когда, начиная с двадцатых годов, И.В.Сталин совершал свои гениальные маневры между враждующими группировками, пробираясь на вершину могущества в нашей стране, он не мог обойти вниманием Царское Дело как средоточие самого механизма узурпаторского могущества в России. Возможно, решающую роль в его борьбе за это могущество сыграло знакомство со следственным материалом по «колчаковской» копии.

Это лишь догадка, но обращает на себя внимание таинственная закономерность, с какой были ликвидированы практически все основные организаторы и исполнители цареубийства: Янкель Свердлов, смертельно раненый ударом молотка в голову в 1919 году; Шая Голощекин, расстрелянный в 1941 году; Янкель Юровский, умерший при страшных мучениях в Кремлевской больнице в 1938 году (существует версия, сообщенная мне журналистом Германом Назаровым, что Янкель Юровский кончил свои дни в тюрьме, о чем будто бы свидетельствуют некоторые документы, хотя дети Юровского - Александр и Римма - в 1950-60-е годы яростно опровергали эту версию. Однако недавно умерший исследователь убийства Царской Семьи Казимiр Иванович Бабановский, лично знавший А.Я.Юровского и лиц, окружавших Я.Юровского в конце 30-х годов, в неопубликованном интервью категорически утверждает, что Юровский-отец в 1937 году провел год в тюрьме); убитый ледорубом Лейба Бронштейн и другие. Интерес советских спецслужб к монархическому движению с самого начала носит двойственный характер. Изучение его требует отдельного исследования, так же как изучение роли Сталина в Царском Деле.

36. Пермский процесс над мнимыми цареубийцами описан в книгах Р.Вильтона и М.К.Дитерихса, авторы которых ссылаются на заметку в «Правде».

«Советская «Правда» в Сентябре 1919 года сообщила, что революционный суд, заседавший 4/17 сентября в Перми, в помещении Совета, судил 28 человек за убийство Царя, Его Семьи и свиты, всего 11-ти человек. Среди обвиняемых - 3 члена Екатеринбургского совета, Грузинов, Яхонтов, Милютин; 2 женщины, Мария Апраксина, Елизавета Миронова. Прения доказали, что жертвы погибли от пуль. Яхонтов утверждал, что он организовал убийство, главным образом с целью набросить тень на Советское правительство, так как с переходом в партию социал-демократов стал его противником... Яхонтов был приговорен к смертной казни за убийство Царя. Грузинов, Малютин, Апраксина и Миронова были признаны виновными в краже царских вещей и тоже приговорены к смерти. Приговор был приведен в исполнение на следующий день...»

Однако в книге Ю.Буранова и В.Хрусталева «Гибель Императорского Дома» мы находим следующий комментарий: «Любопытно, что ни один из советских историков не видел этого материала в «Правде» и не упомянул о нем. Не видели его и мы. В чем дело?! Возможно заграничное отделение РОСТА распространило эту информацию (или дезинформацию) со ссылкой на советский авторитетный источник. Это еще одна тайна, требующая ответа в ближайшем будущем по недоступным пока документам. Пока же определенно можем утверждать, что, по сообщениям местных газет Урала за 1919 год, «18 и 19 Сентября в Пермском Революционном Трибунале рассматривалось шесть дел, из коих четыре имели широкое политическое значение». О процессе не сказано ни слова. О делах, имеющих «широкое политическое значение», можно только догадываться» (с. 331).

Мариолина Дориа де Дзулиани в своей книге «Царская Семья» пишет:

«Семнадцатого Сентября 1918 года в Перми, в помещении местного Совета, начался странный процесс: импровизированный суд должен был решить судьбу двадцати восьми левых эсеров, обвиняемых в убийстве всех членов Императорской Семьи и Их свиты. На скамье подсудимых оказались трое членов Екатеринбургского Совета: Грузинов, Малютин и Яхонтов. Интересная деталь: в первый и последний раз за всю историю существования «дела Романовых» слушания в суде подтвердили, что все узники Ипатьевского дома были расстреляны» (М., 1991, с. 167). Однако итальянская журналистка вовсе не дает никаких сносок, и, возможно, в датировку Пермского процесса 1918 годом вкралась опечатка.

37. Г.Т.Рябов в своих выступлениях рисует благородный облик контр-адмирала Александра Янкелевича Юровского - сына цареубийцы, который глубоко переживает участие своего отца в этом страшном преступлении.

В книге О.А.Платонова «Убийство Царской Семьи» мы обнаруживаем следующий пассаж, относящийся к действиям кровных наследников в 1960-70-е годы:

«Дети Юровского тоже пишут письма в высшие инстанции, требуя пресечь «подлую клевету» на светлую память их отца. Их возмущает распространение слухов, что их отец был репрессирован как троцкист. Эти письма сохранились в архиве. Я листаю их. Сын Юровского Александр, контр-адмирал, напирает на особые заслуги отца, подчеркивает, что он лично расстрелял Царя (Свердловский партархив, ф. 221, оп. 2, д. 497, л. 14-19). Что же это такое, следует из письма, отец совершил геройский поступок, а никак не увековечен. Чтобы восполнить этот пробел, друг семьи Юровских Яков Резник пишет одну из самых фальшивых книг своей эпохи - повесть «Чекист» (Свердловск, 1972). В ней палач, убийца и садист представлен в образе идейного, порядочного человека. Исторические события в повести сознательно фальсифицируются. Более тонкой, но не менее лживой фальсификацией событий стала книга М.К.Касвинова «Двадцать три ступеньки вниз». Судя по всему, она была написана по указанию сверху и в сотрудничестве со спецорганами. Цель книги - дать выгодную для наследников Свердлова, Голощекина и Юровского интерпретацию событий. Интерпретацию, более подходящую к новым историческим условиям» (с. 185, 189, 190).

38. Главы «Чикагский след» - «Когда был сделан могильник?» были написаны в Январе 1993 года и опубликованы в виде отдельной статьи «Царское Дело» в журнале «Встреча» (№ 3, Март 1993, с. 15-18). Поэтому о Майских-Июльских событиях 1993 года здесь говорится предположительно.

Но на самом деле, все почти так и произошло. Накануне скорбной даты в различных изданиях стали появляться сообщения об экспертизах в Олдермастоне. В «респектабельных» изданиях писалось, что эксперты доказали идентичность останков Царской Семьи с точностью 98,5% (например, «Нью-Йорк Таймс» на русском языке N 14, 1993 или парижская «Русская мысль» № 3988, 1993), в других, более «смелых», точность округляли до 99% («Медицинская газета» от 29 Сентября 1993 года даже сообщила, что достоверность идентификации равна 99,999%!). Однако, как откомментировал эти заявления знакомый профессор-криминалист NN, «идентификация бывает только стопроцентной».

39. «Независимая газета», 3 Декабря 1992 года.

40. ЦГАОР, ф. 640, оп. 1, е.х. 334.

41. Не связывая нашу работу одними чисто научными целями, мы позволяем себе воспроизводить некоторые московские слухи, и вовсе не потому, что пытаемся соперничать с бульварной прессой. Объективно любой общественно значимый слух суть продукт деятельности общественного сознания, молвы, нередко внедренный с определенной целью. Включая слух в поле зрения общественно-психологического анализа, не имея возможности проверить его фактическую достоверность, мы по крайней мере способствуем фиксации этого явления и создаем объект исследования для будущих аналитиков.

Итак, о слухах относительно анонимного покупателя коллекции бумаг Н.А.Соколова. По одной версии, фирма «Сотби» сама приобрела документы Царского Дела через подставное лицо с целью в будущем «наварить» на их продаже значительно большую сумму, чем та, которая была возможна в Августе 1990 года, либо фирма преследовала более дальнюю цель: сохранить свой контроль над ситуацией относительно развертывания Царского Дела в России, ради определенного влияния на нашу внутреннюю политику.

По другой версии коллекцию документов, опять же, через подставное лицо приобрел старый друг Страны Советов, международный бандит Арманд Хаммер (с идиша его имя переводится как «рука и молот»), или это таким же образом сделал его более молодой коллега Максвелл. По воле Божией оба этих влиятельных хасида прохлаждаются уже в преисподней.

Третья версия, заслуживающая внимания, была рассказана московской журналисткой Инной Симоновой, впрочем, без указания источника: документы на аукционе «Сотби» будто бы приобрел или хотел приобрести и сделал официальную заявку о покупке, но не оплатил ее знаменитый виолончелист Мстислав Леопольдович Ростропович. На этом давайте задержим свое внимание и обратимся к некоторым занятным деталям - ниточкам, связывающим этого разрекламированного «гениального» музыканта, оспаривающего лавры Царя-Псалмопевца Давида, с русским Царским Делом и современной политической ситуацией в России.

Как мне рассказывали заслуживающие доверия екатеринбуржцы, имен которых я не могу назвать, в начале 1970-х годов М.Ростропович приезжал с гастролями в Свердловск. За концерт, данный в местном театре оперы и балета, в качестве гонорара он попросил отдать предметы Царской мебели из дома Ипатьева, каким-то образом оказавшиеся в этом «храме культуры». Просьба была удовлетворена. В ту же поездку М.Ростропович купил у некоего господина Варшавского, как раз тогда собиравшегося отъезжать в Израиль, стол, принадлежавший Царской Семье.

В книге Ф.Медведева «После России» в интервью с Галиной Вишневской так описывается парижская квартира М.Ростроповича и Г.Вишневской:

«Один из престижных районов Парижа. Улица Жоржа Манделя. Высокая металлическая ограда, за которой обитают миллионеры, банкиры, знаменитости. Ворота в дом, где на втором этаже живут Галина Вишневская и Мстислав Ростропович, распахнуты настежь. Ни замков, ни звонков, ни псов на цепи. Консьержки я тоже не обнаружил. «Смелые, однако, люди живут здесь», - подумал я.

- Это Левицкий: «Екатерина Вторая». Это Елизавета, очень известный портрет, может быть, рисовал Антропов. Но под вопросом. Это Петр I Моора, Царь позировал художнику. Представляете? Ведь монархов чаще всего рисовали по памяти. Это портрет Государя Николая II работы Серова, жаль, что руки как бы недописаны, но в этой незавершенности своя прелесть. А этот фарфор Императорского завода, редкий, в особенности статуэтки. Мебель собиралась по разным странам: Аргентина, США, Англия. В основном на аукционах.

- Какие замечательные шторы!

- Из Зимнего Дворца! Редчайшие! Дорожу ими очень. Раз в три года своими руками стираю, никому не доверяю эту прелесть. Там, наверху, Репин. Это Иванов - этюды к «Явлению Христа народу». Правда, потрясающие?! Это Боровиковский, женский портрет, рядом мадам Бестужева. А это, взгляните, Алексеев. Ну, Венецианова вы, конечно, узнали. Это...

Это ее русский дом, здесь все из России. Когда Брежнев лишил гражданства знаменитых музыкантов, они стали искать постоянный приют. До этого ничего не покупали, жилье снимали» (М., 1992, с. 91).

«- В Париже живете постоянно?

- Нет, мы не живем на одном месте, в Париже это любимая моя квартира. Есть у нас квартира в Нью-Йорке, в Вашингтоне, в Лозанне, в Англии...» (там же, с. 103-104).

В документальной книге Кирилла Столярова «Голгофа» (М., 1991) в части «Генерал армии Щелоков» находим главку «Штрихи к портрету», где рассказывается о некоем Василии Федоровиче - строительном рабочем широкого профиля, мастере-печнике:

«Еще в стародавние времена случай свел Василия Федоровича с известнейшим музыкантом М.Ростроповичем. Началось с того, что Василий Федорович подрядился соорудить камин на даче Ростроповичей в поселке Жуковка, за камином последовал гараж с жилой пристройкой, куда хозяева дачи впоследствии поселили писателя Солженицина, а затем там же был построен просторный зал для домашних концертов. Так деловые контакты мало-помалу превратились в доброе знакомство, и Василия Федоровича стали приглашать в Жуковку на обеды и ужины. Ходил он туда с неизменным удовольствием - еще бы, не каждому выпадает радость посидеть за одним столом с такими знаменитыми людьми, как Дмитрий Дмитриевич Шостакович, Галина Павловна Вишневская, Николай Анисимович Щелоков, академик Кириллин Владимiр Алексеевич, в ту пору зампред Совмина СССР, Андрей Дмитриевич Сахаров, не говоря уж про самого Мстислава Леопольдовича, хлебосольного, необыкновенной душевности человека.... Когда Вишневскую и, в особенности, Ростроповича принялись травить за поддержку Солженицина и вынудили уехать за бугор, перед отъездом они - доброго им здоровья! - позаботились о тех, кто им помогал. Домработница Галины Павловны перешла к Светлане Владимiровне Щелоковой, а Василий Федорович по рекомендации Мстислава Леопольдовича был зачислен в кадры МВД. Министр присвоил ему офицерское звание «майор» и сделал доверенным лицом в коммунально-дачной службе - отныне у Василия Федоровича были свои ключи от квартиры Щелоковых и от служебной дачи № 1 МВД СССР в поселке Усово. Именно там в долгие осенне-зимние вечера он по-настоящему узнал Николая Анисимовича» (с. 115-116).

Не вдаваясь в подробное комментирование этих описательных цитат, мы напомним читателю лишь о роли музыканта в Августовских событиях 1991 года, когда тот стал одним из активнейших защитников «БиДэ» (кличка, придуманная «Московским комсомольцем»), в силу чего А.Адамович в Верховном Совете РФ в те дни определил эти события как «революцию с лицом Ростроповича». Памятен и внеплановый прилет Ростроповича на Апрельский референдум («да-да-нет-да») уже в 1993 году. И конечно запомнится его концерт 26 Сентября на Красной площади уже против защитников «Белого Дома», менее чем через неделю обернувшийся инфернальным кровавым «тутти» на площади Августовской «Свободы». Кстати, дата этого концерта, как известно из газетных сообщений, была запланирована более чем за год (в настоящий момент мы, правда, располагаем лишь публикацией от 16 Апреля 1993 года в «Независимой газете» - Тамара Грум-Гржимайло «Я ХОЧУ СДЕЛАТЬ СВОЮ СОТНЮ!» Блиц-визит Мстислава Ростроповича в Москву).

Эти разрозненные штрихи и детали явно свидетельствуют о непреходящей близости М.Ростроповича к «сильным мiра сего», к «дирижеру» мiровой закулисы, близости, граничащей со степенью идентификации 99,999%. Но не будем забывать, что это лишь догадка, домысел, помня евангельское по плодам узнаете их (Мф. 7:16).

42. Выставку «Царский Архив» мы с Валерием Владимировичем Архиповым подготовили для общества «Радонеж». В Мае-Июне она проводилась в Москве в скромном выставочном зале Дзержинского района на проспекте Мира, а в Августе-Сентябре того же года ее удалось развернуть в зале Александра Третьего Михайловского Дворца в Санкт-Петербурге. Затем она экспонировалась в Воронеже, Вильнюсе и Екатеринбурге. В последнем городе ее помог провести недавно убитый Юрий Васильевич Липатников. (Царствие ему Небесное!) К сожалению, в Екатеринбурге контейнеры с выставкой затерялись. Возможно, первая попытка устроить такую экспозицию несла в себе ряд недостатков, но это была первая ласточка. Хорошо памятна благодарность людей, приходивших приобщиться к свидетельствам жизни и мученической кончины Святых Царственных Страстотерпцев.

43. Православное Братство Святого Благоверного Царя-Мученика Николая было образовано 17 Января 1990 года. Первое собрание проводилось у меня на квартире. Присутствовали тогда Валерий Владимiрович Архипов, Вячеслав Константинович Демин, Алексей Алексеевич Широпаев, Вадим Петрович Кузнецов, Андрей Алексеевич Щедрин, Александр Алексеевич Зеленов, Александр Степанович Побезинский, Павел Буров, художник Андрей Масальцев.

До этого многие из собравшихся дружили или приятельствовали между собой, участвовали в разных патриотических инициативах. Демин, Широпаев, Побезинский и Зеленов, например, были членами Союза «Христианское Возрождение». Но чувство неудовлетворенности, из-за отсутствия соборного монархического дела было знакомо многим из участников собрания. Это чувство и привлекло людей друг ко другу. Поводом к этому собранию послужило одно из первых писем Тихона Николаевича Куликовского-Романова, обращенных к молодым монархистам в России. Часть письма была зачитана вслух, и это очень вдохновило собравшихся действовать сообща, издавать и распространять литературу, устраивать публичные молебны, отыскивать единомышленников по всей России... Вскоре в гостях у Щедрина побывал редактор известной монархической газеты «Наша Страна», выходящей в Аргентине, Николай Леонидович Казанцев. Ему рассказывали о создании Братства и его деятельности. Беседа была продолжительной и доброжелательной.

Русские монархисты заграницею с трепетом и надеждой наблюдали за самостоятельными ростками самодержавной идеологии на безжизненной, по их представлениям, «советской» почве. При этом обе стороны видели различия между собой. Оттуда видели, что процесс возрождения имперского православного самосознания не соответствует «рецептам», которые пропагандировались в эмиграции. Мы же в приезжих эмигрантах не обнаруживали той цельности и самоотверженности, которую мы находили в собраниях проповедей Архиепископа Аверкия (Таушева), книгах Святителя Серафима (Соболева) и Архимандрита Константина (Зайцева). Передача исторической эстафеты произошла заочно через классическую монархическую эмигрантскую литературу. Переписка с Тихоном Николаевичем во сто крат давала нам больше, чем довольно частые встречи с осмелевшими эмигрантами, потянувшимися косяком на свою историческую родину.

Спустя пару месяцев в № 2080 «Нашей страны» от 16 Июня 1990 года в рубрике «Политическая хроника» появилась следующая заметка.

Братство Царя-Мученика

«Нам пишут из Москвы: Здесь создано Братство Царя-Мученика Николая. Основной задачей этой организации является содействие почитанию и прославлению Царя-Мученика и его Семьи Русской Православной Церковью. Братство руководствуется только уставом и канонами Церкви, не примыкает к деятельности никакой из монархических группировок и высшей целью и долгом христианской совести считает свидетельствование истины. Руководителями Братства являются Андрей Александрович (правильно: Алексеевич. - Л.Б.) Щедрин и Леонид Евгеньевич Болотин».

Формулировка основной задачи Братства была принята еще на первом собрании и, видимо, при встрече она и была передана Н.Л.Казанцеву. Однако на собрании меня не избирали в руководство Братством. Его тогда вообще не избрали. Но «неформальным» лидером был тогда мой близкий приятель А.А.Щедрин, я же никогда не принадлежал к руководству, хотя А.Щедрин нередко со мной советовался, и все же негласное право окончательного решения в том или ином действии всегда принадлежало ему. Постепенно к концу 1991 года А.А.Щедрин и формально усвоил власть в Братстве, назвав себя «игуменом», что, впрочем, произошло с нашего полного согласия. Первыми братство покинули Андрей Масальцев и Павел Буров. Они были только на первом собрании. Бурова вскоре рукоположили, и отец Павел уехал по месту служения, хотя иногда и заглядывал на наши собрания - один-два раза. В конце 1991 года из братства вышел публицист Алексей Алексеевич Широпаев. Он, как и В.К.Демин, А.А.Зеленов, А.С.Побезинский одновременно был членом Союза «Христианское Возрождение», многие инициативы этого Союза и, в первую очередь, Предсоборное Совещание по подготовке Всероссийского Земского Собора, образование Опричной Службы и тому подобное зарождались на собраниях нашего Братства, но формально Братство старалось не «светиться». В 1992 году произошло разделение братства. Сначала была объявлена «опричнина» А.А.Щедрина, и братство было формально отменено, но в Сентябре 1992 года большая часть Московских братчиков вышла из «опричнины» и возобновила деятельность Братства.

Но в деятельности Братства 1990-1992 годов было много положительного и конструктивного. В значительной степени эта деятельность сформировала основы современной соборной идеологии и практики монархического, православно-патриотического движения. Через Московское Братство Святого Благоверного Царя-Мученика Николая Александровича прошли десятки людей со всех концов Великой России. Обсуждение животрепещущих и злободневных тем на наших собраниях именно в соборном духе открывало нам перспективы, которые сейчас стали реальностью. Это была замечательная школа становления православной патриотики в самом начале девяностых годов. Она дала мощный заряд духовного оптимизма в условиях повсеместного уныния и душевного разложения. Еженедельные собрания братчиков по Воскресеньям и большим церковным праздникам у каждого из нас оставили самые теплые воспоминания. Память об этом до сих пор объединяет дружескими узами многих братчиков. Стержнем же единства являлось и является сейчас - прославление во Святых нашего Государя. Дух единомыслия и согласия по основополагающим вопросам церковно-державной жизни нашего Отечества и теперь помогает нам жить и бороться, не бояться грядущего, но весело ждать его, пребывая в созидательном и радостном страхе Божием.

44. Урожденная Княжна Палей, дочь от морганатического брака Великого Князя Павла Александровича и Княгини Ольги Валерьяновны Палей (урожденной Карнович, а в первом браке - Пистолькорс).

45. Внук Великого Князя Павла Александровича. В те дни в Михайловском Дворце (Русский Музей) проводилась выставка фотонатюрмортов Принца Бернадота, на которую он и пригласил своего двоюродного брата Князя Михаила Феодоровича.

46. О том, что эти средства хотя и проходили через различные национальные экономики, в их собственность так и не попали. Они стали собственностью международной банковской системы, у которой в настоящее время в должниках все государства, все правительства.

47. «Советская молодежь», № 24 от 7 Февраля 1990 года.

48. 15 Февраля 1990 года. ТАСС. Серия «СЕ» - лист 2-3. АНГЛИЯ. «СОТБИ» О ДОКУМЕНТАХ ПО ЦАРСКОЙ СЕМЬЕ. ЯЕ.

49. О перипетиях ведения следствия после эвакуации из Екатеринбурга читайте в книге Н.Росса «Гибель Царской Семьи». Посев, 1987 г., с. 13-17.

50. «Родина» № 4, 1989 г. В книге «Вся Россия. Выпуск 1» (М., 1993) можно найти следующее сообщение об утрате пианино, принадлежавшего Царской Семье, хотя к этой информации нужно относиться осторожно, так как журналист позволил себе вольности - в Австрии правили императоры, а не короли и монограмма не может быть столь пространной...

«Царю Российскому от короля Австрийского» - такая монограмма недавно была снята с обломков пианино «Беккер», которые лежали во дворе одного из житомiрских учреждений. Как инструмент мог попасть в Житомiр? Возможно, его подарила (хотя дареное, как известно, не дарят) большевистская власть одному из участников расстрела членов Семьи Николая II - Василию Анисимовичу Рябову. Вскоре после участия в этом кровавом злодеянии он из Сибири переехал на Полесье. Здесь, в Житомiре, Рябов заведовал историческим архивом. Потом спился»(с.367).

В книге Н.А.Соколова «Убийство Царской Семьи» в списке Алапаевских чекистов, причастных к убийству Великой Княгини Елизаветы Феодоровны, Великого Князя Сергея Михайловича и четырех Князей Императорской Крови, под двадцать первым номером числится Василий Рябов (Буэнос-Айрес, 1978, с. 257). В Царском деле фигурирует еще двое Рябовых - стрелочник 37-го разъезда Пермской железной дороги Василий Семенович Рябов, проходящий как свидетель в следствии Александра Федоровича Кирсты (Николай Росс «Гибель Царской Семьи», Франкфурт на Майне, 1987, с. 184) и есаул Сводного казачьего полка в Петрограде Рябов, которому гвардии капитан Малиновский посылал сообщения из Екатеринбурга о пребывании там Царской Семьи, который через посредников получал сведения от охранника Дома Особого Назначения (там же, с. 368-369).

К числу однофамильцев(?) современных «знатоков» Царского Дела относится и чекист И.Радзинский (Рудзинский, Родзинский), который переписывал аккуратным почерком провокационные письма «офицера», склоняя к попытке побега Царскую Семью (Н.Росс, с.147, 164, 165, 171).

51. Настоятель Феодоровского Государева Собора в Царском Селе отец Афанасий Беляев, по причине болезни своего родственника - духовника Царской Семьи о. Александра Васильева, с начала Марта до 1 Августа 1917 года исполнял обязанности духовника Августейших Узников. Все это время отец Афанасий ежедневно вел дневник, который был опубликован А.А.Щедриным в журнале «Вече» в 1990 году.

52. В 1964 году ленинградский кинорежиссер Ф.Эрмлер снимал документально-художественный фильм о монархисте-предателе Василии Шульгине «Перед судом истории». Эпизод, в котором В.Шульгин рассказывал о событиях вечера 2 Марта 1917 года, снимался в этом поезде, но где он находится сейчас, также неизвестно.

53. В Июле-Августе 1990 года я по поручению Братства Святого Благоверного Царя-Мученика НИКОЛАЯ ездил в Екатеринбург, Верхотурье, Тюмень и село Покровское. Мне довелось побеседовать с некоторыми старожилами, которые вспоминали о Царской Семье, о Великой Княгине Елизавете Феодоровне, о друге Царской Семьи Г.Е.Распутине, о некоторых из цареубийц. Как вспоминала племянница Г.Е.Распутина-Нового - М.Распутина, во время проезда Царской Семьи через Покровское Их возок остановился у Распутинского дома. Отец М.Распутиной менял лошадей, а она, девочкой, издали наблюдала: Государыня выглянула из возка, на лице Ее были слезы.

54. Устав фонда «Обретение», утвержденный и зарегистрированный решением Свердловского облисполкома от 10.07.91 № 353, в разделе «Основные цели и задачи фонда» содержит следующие статьи:

«2.1. Основной целью деятельности фонда «Обретение» является восстановление нравственной справедливости в Российской истории. Для этого фондом выполняется следующее:

2.1.1. Извлечение, исследование и захоронение останков бывшей Царской Семьи и Ее подданных, скрытых вместе с Ней (именуемые далее «Останки»), публикация материалов, связанных с этим.

2.1.2. Разработка и организация павильона-музея на территории бывшего Ипатьевского дома (или сопредельной с ней), мемориального комплекса-парка в районе урочища «Четыре Брата» (именуемого в дальнейшем «мемориал»).

2.2.2. Свердловским областным исполнительным комитетом исключительное право организации и ведения работ по пункту 2.1.1. предоставляется фонду «Обретение» как первооткрывателю «останков». Советской властью гарантируется невмешательство в эти работы и неприкосновенность их другими организациями.

2.3. Фондом организуются высококвалифицированные специализированные комиссии для выполнения корректного научно-археологического извлечения «останков», их исследования и опознания с участием советских, международных экспертов и Церкви...

2.6. Свердловский областной исполнительный комитет безвозмездно и без обложения налогами в районе, примыкающем к территории бывшего дома Ипатьева, выделяет надел земли фонду «Обретение» площадью, необходимой для создания музейного павильона.

2.7. Свердловским областным исполнительным комитетом фонду «Обретение» безвозмездно и без обложения налогами выделяется территория площадью 15 кв км в районе урочища «Четыре Брата» для создания мемориального парка-комплекса.

2.8. Вопрос об организации Мемориала в г. Алапаевске и включении его в общий комплекс, создаваемый фондом «Обретение», будет решен после завершения работ по пункту 2.1.1.»

55. Питерская газета «Смена» (13 Января 1993 года № 5-6) известила своих читателей:

«Как сообщила Людмила Нарусова, сотрудник Мариинского фонда, который намерен на себя взять расходы по захоронению, - из городского бюджета на эти цели не будет потрачено ни копейки. Все традиции будут соблюдены - на облицовку могил пойдет чрезвычайно дорогой итальянский и уральский мрамор. С его приобретением сложилась парадоксальная ситуация. Расходы на покупку и транспортировку итальянского мрамора взяла на себя фирма «Фиат». А за уральский мрамор челябинская фирма запросила огромную цену. О какой-либо скидке и речи быть не может. Поэтому Мариинский фонд и вынужден собирать пожертвования, сказала Нарусова».

Среди первых жертвователей в заметке названы «Виртуозы Москвы», Майя Плисецкая и Мстислав Ростропович.

56. В Январе 1993 года корреспондент английской газеты «Sunday-Express» Виталий Козликин (в свое время он расследовал обстоятельства смерти псевдо-миллиардера Максквела) обратился к Митрополиту Санкт-Петебургскому и Ладожскому Владыке Иоанну и к Тихону Николаевичу Куликовскому-Романову с просьбой прокомментировать поползновения «похоронной команды» относительно Петропавловского Собора.

25 Января 1993 года в газете появилась статья «Great Tsar's bones hoax» В.Козликина и Кети Скотт-Кларк, в которую вошли эти заявления.

Предлагаем вашему вниманию текст обращений Владыки Иоанна и Тихона Николаевича к конференции «Государственная Легитимность».

ОБРАЩЕНИЕ

Митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского

ИОАННА

к Международной конференции

«ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЛЕГИТИМНОСТЬ»

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Уважаемые господа! Всечестные отцы, братия и сестры! Понимая важность вопросов, для решения которых вы собрались, стремясь внести и свою малую лепту в дело русского возрождения, приветствую вас и молюсь об успехе начатого дела. Благодать Божия да пребудет с вами в ваших трудах на благо нашего многострадального Отечества!

Нормальное течение русской жизни, ее историческая преемственность не могут быть восстановлены до тех пор, пока не будет поставлена последняя точка в деле об изуверском убийстве Царской Семьи. Эта проблема имеет несколько аспектов. Вопросы юридические, правовые - должны получить свое решение в ходе дорасследования этого преступления с учетом всех имеющихся на сегодняшний день данных. Российская государственность должна смыть с себя кровавое пятно Екатеринбургского злодеяния.

Вопросы исторические, историософские, предметом которых является глубинная связь уничтожения Семьи последнего Русского Царя с судьбой России и Русского Народа - со временем, очевидно, получат освещение в трудах историков, политологов, богословов и философов. Но начинать эту работу надо уже теперь, учитывая ее важность и злободневность для русского самосознания.

Наконец, вопросы нравственно-религиозные подлежат соборному церковному решению. На повестке дня сегодня стоит вопрос о канонизации Царственных Мучеников, и несмотря на всю его сложность, рано или поздно он будет решен. Свой вклад в этот процесс могло бы внести и ваше высокое собрание, тем более, что проблема подлинности останков, выдаваемых сегодня за останки Царской Семьи, приобретает в этой связи особое значение. Со временем они в качестве святых мощей могут стать объектом благоговейного почитания верующих, поэтому всякая возможность ошибки - и уж тем более злонамеренной подделки - должна быть исключена. Здесь, учитывая равнодушие официальных властей к требованиям провести всестороннее, объективное, гласное исследование, неизмеримо возрастает роль общественности. Сегодня только с помощью широкого общественного резонанса можно обеспечить непредвзятость и профессионализм экспертизы.

Надеюсь, что ваше собрание сможет стать отправной точкой этого важного и нужного дела.

Храни вас Бог! Аминь.

Смиренный ИОАНН,

Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский

Санкт-Петербург, 18 Февраля/3 Марта 1993 года от Р.Х.

ОБРАЩЕНИЕ

Тихона Николаевича КУЛИКОВСКОГО-РОМАНОВА,

родного племянника Государя Императора

НИКОЛАЯ ВТОРОГО,

внука Императора АЛЕКСАНДРА ТРЕТЬЕГО

Господам Участникам Международной научно-практической и Богословской конференции по дорасследованию убийства Царской Семьи в свете криминалистики, государственного права, исторической истины и Евангельского вероучения.

Торонто 2 Марта 1993 года.

Уважаемые господа!

Благородные намерения, заявленные Организаторами Вашей Конференции, предполагаемый состав ее участников и благословение Высокопреосвященнейшего Митрополита ИОАННА, Санкт-Петербургского и Ладожского, позволяет надеяться на то, что эта конференция сможет стать первым шагом всестороннего, непредвзятого и благоговейного окончательного расследования Екатеринбургского Злодеяния.

Нет сомнения, что без именно такого «расследования-до-конца», невозможно возстановить историческую преемственность Русской жизни.

К сожалению, нынешние власти России - работники прокуратуры и следственных органов - оказались глухи к призывам общественности...

Полное и компетентное исследование так и не начато, зато, к сожалению, уже несколько лет подряд группа частных лиц, с частично меняющимся составом и никем официально не уполномоченная, пытается выдать за Останки Царственных Мучеников безвестные кости, обнаруженные в одном из Уральских захоронений. Теперь эти останки покойников таскаются в мешочках и коробочках на исследования иностранным, так называемым, экспертам.

Безобразное положение становится просто нестерпимым.

Господа! Я надеюсь, что, с Божией Помощью, общими усилиями, именно ВЫ сможете, наконец, приблизиться к истине, сдвинув с мертвой точки дело дорасследования убийства Царской Семьи.

Желаю Вам всяческих успехов!

МЫ РУССКИЕ, С НАМИ БОГ!

Всегда Ваш ТИХОН.

57. «Sunday-Express» 25 Января 1993 года.



скачать



Вернуться

Copyright © 2009 Наша Эпоха
Создание сайта Дизайн - студия Marika
 
Версия для печати